- Княжич, - гостья приложила руки к груди в молитвенном жесте, - прошу, не губите. Помогите мне, если это возможно. Я все для вас сделаю.
- Прямо все? – я притворился, что раздумываю.
- Я сотру запись с той ночи. Той, которая была снята со скрытой камеры. И другую, где был снят человек, который вышел из склепа.
Тут я даже икнул от неожиданности.
- Так камера работала все это время?
- Да, - потупилась Тоня.
- И ты не отнесла записи никому?
- Нет, - девушка насупилась и бросила на меня мрачный взгляд. – Я работала на Верховного. Он дал мне билет в хорошую жизнь. Но при этом я знаю, каким ублюдком был Федор.
- Понимаю, - не стал уточнять детали жизнедеятельности убитого жреца.
- Мне не было жаль его. Но я не думала, что после его смерти кто-то захочет меня использовать и подставить вас.
Я отпил чай и посмотрел в окно. Облака ленивой пеной текли по небу. Солнце уже катилось к западу.
- Я помогу тебе, - медленно произнес я, взвешивая каждое слово.
- Княжич…- начала было девушка, но я тряхнул головой и продолжил.
- Ты пыталась меня подставить. Практически подвести под топор палача. И хоть я понимаю, что у тебя была на это причина, но вынужден подстраховаться. Я не могу допустить, чтобы ты однажды решила повторить подобный трюк.
- Никогда…
- Я должен быть уверен.
Девушка с готовностью кивнула и ждала продолжения.
- Ты отдашь мне все записи, которые хранила в закрытых папках на всякий случай.
- Хорошо.
- Но это еще не все, - я выдохнул и спросил. - Кто отец твоего сына?
- При чем тут Егорка? – пролепетала Тоня.
- У него есть законный отец?
- Мой Егор - бастард, - побледневшими губами произнесла гостья. – Отец не признал его, и я дала сыну свою фамилию.
- Значит, нет причин, по которым нельзя дать твоему сыну фамилию Морозовых.
- Что?
- Семья даст твоему сыну имя. Император дал нам право принимать бастардов в семью. И в этом случае, когда ты решишь предать нас, то и он пострадает.
- Михаил Владимрович… - Тоня встала, подошла ближе и протянул мне руки.
Я поднялся на ноги и подал ей ладонь. Девушка прижалась к моим пальцам щекой.
- Перестань, - буркнул я.
- Клянусь, что не предам, - шепнула она и я ощутил горячие слезы на своей коже.
Тоня порывисто подалась ко мне, и я ее обнял, мягко похлопав по спине.
- Хватит уже плакать. Я себя ощущаю каким-то монстром.
- Мне надо было сразу прийти, - выдохнула она. – А я так тряслась и боялась и…
- Не стоит об этом. Хорошо, что мы все решили. И знаешь, тебе правда надо умыться.
- Думаете? – невесело усмехнулась девушка.
