— И что тут у нас, дорогая? — мужчина в идеально выглаженном костюме стоял напротив клетки с морским уловом. На его голове красовался нелепый шлем, а губы были растянуты в чуть безумной самодовольной улыбке.
Женщина в белом тоже улыбнулась, глядя на сверкающие злостью глаза Рейвен, которая застыла у решетки с открытым ртом, не имея возможности вымолвить и слова, скованная телепатией Эммы.
— То, что мы искали так долго. Метаморф.
В ответ на ее прохладный голос акула в углу соседней клетки подняла голову и клацнула зубами. Вышло и в сотую долю не так грозно, как в ее нормальном теле. Но голос этой женщины ассоциировался с нестерпимой болью и хаосом и требовал показать весь зубной арсенал, чтобы противник имел представление о том, с кем столкнулся. К сожалению, враг стоял к акуле спиной и добраться без воды к нему, так или иначе, было невозможно. Акула беспомощно опустила голову обратно на сухую плотную поверхность.
— Последний ингредиент! Прекрасно! Еще немного, и все человечество исчезнет с лица Земли. Останутся лишь мутанты, верные своему покровителю и господину. Эмма, я сделаю тебя своей королевой!
Шмидт развернулся на каблуках и пошел прочь, с издевкой ведя пальцами по решеткам клеток.
Эмма усмехнулась, затягивая жгут на послушно вытянутой руке Рейвен и набирая ее кровь в две длинные пробирки. Их взгляды встретились: бледно-серый и ярко-желтый.
— Мы могли бы быть лучшими подругами, Рейвен. Но Шмидт еще не готов расстаться со своей любимой игрушкой. Пусть наш маленький эксперимент с морским питомцем провалился, но, судя по тому, что я увидела в твоей чудесной головке… Эрик скоро будет здесь, и ради такого не жаль принести кого-нибудь в жертву.
Женщина убрала пробирки в пластиковый контейнер и похлопала застывшую девушку по щеке.
— Обещаю, на прощанье ты сможешь увидеть своего дорого братца.
Окинув в последний раз бассейн с застывшим в нелепой позе русалом, она пошла прочь, цокая каблуками по деревянному полу. И улыбнулась еще больше, услышав за спиной полный злости вой Рейвен.
====== Глава 4 ======
К тому времени, когда корабль показался на горизонте, день начал клониться к закату. Осень уже вступала в свои права, пусть дни и были теплыми, а небо ясным.
Двое русалов и акула застыли у металлического буйка.
«Нам нужно подплыть ближе и осмотреться. Ты же сможешь укрыть нас телепатией, Чарльз?»
— Я не знаю. На таком расстоянии я не чувствую другого телепата и не могу дотянуться до разумов Рейвен или Хэнка. Но если мы подплывем ближе, нас могут заметить.
«У Шмидта есть шлем, который блокирует телепатию».
Чарльз с укором посмотрел на акулу, и Алекс скрежетнул зубами: он вообще не слышал, что говорил Эрик, и его несказанно раздражал односторонний диалог спутников.
— И ты говоришь об этом только сейчас? Тебе не кажется, что это первое, о чем ты должен был сообщить!
Эрик почувствовал себя глупо. В суете последних дней он как-то забыл о том, что этот ненормальный мутант постоянно ходил в шлеме не просто потому, что он спятил, а потому что защищался от телепатии Эммы. Они были на одной стороне, но паранойя Шмидта видимо достигла своего апогея. Эрик был уверен: спит этот чокнутый тоже в шлеме, совершенно не приспособленном для отдыха. Мысль об этом скрашивала его пребывание в плену, заставляя скрипеть зубами в злобном оскале.
«Это не важно. Если ты нейтрализуешь Эмму и Азазеля, я справлюсь с остальными».
— Если эта Эмма не глупа, то прочитала мысли Рейвен и знает о моей телепатии и наших планах. Мы можем попасть в ловушку.
Чарльз хмурился, его светло-голубые глаза в наступающих сумерках выглядели потемневшими, но, несмотря на волнение за сестру, он держал себя в руках, и от той вспышки отчаянного безрассудства у архипелагов не осталось и следа. Русал был собран и серьезен, и Эрик впервые подумал о том, что зря упрекал Чарльза в наивности.
«У нас нет другого выбора… Так или иначе, к кораблю придется подплыть…»
После получаса переговоров, когда солнце уже коснулось своим нижним краем границы моря, решение было принято. Русалки и акула плывут к кораблю под прикрытием телепатии Чарльза. Алекс берет на себя Азазеля, Чарльз и Эрик нейтрализуют Эмму.
«Ты когда-нибудь делал что-то подобное?» — у Эрика все плавники подрагивали от возбуждения, Алекс стискивал кулаки, концентрируя свою силу в руках, Чарльз был так напряжен, что, кажется, через раз забывал вильнуть хвостом, сжимая пальцами виски.
«Однажды. Среди русалок я не единственный телепат. Но опыт был не из лучших, скажу честно».
Теперь Алекс был подключен к их ментальным беседам и тоже вставил свое слово:
«Чарльз самый сильный телепат среди русалок, он справится и с этой белесой медузой. А тот красный краб точно лишится сегодня своих клешней».
При воспоминании о том, как Азазель скрутил веревками Рейвен, у Алекса налились кровью глаза и на кончиках пальцев заискрило красным.
«Прекрасно. Тогда нам стоит подплыть к судну с разных сторон. Если кто-то заметит Эмму или Азазеля — подает сигнал остальным».
Алекс и Чарльз кивнули, но это было не нужно, Эрик и так уловил их мысленное согласие.
