Я возвращаюсь в свою пещеру. Тишина давит на уши. Почему-то она стала еще невыносимее, чем раньше. Как будто звук нового голоса, краткий взгляд на живые чувства разбередили рану моего одиночества. Оставили ее зиять и гноиться от занесенной инфекции.
По правде говоря, я не совсем одна. Полипы живут и дышат в своих мутных водах. Они проросли из тел тех, кто хотел меня убить. Моя мрачная жизнь связана с их душами.
На стенках котла остались частицы переливающегося света. Это то, что осталось от моей платы. Голос девушки. Для зелья понадобилась всего капля. Оставшуюся часть цены, требуемой магией, заплатит ее тело.
Я запускаю руку в чрево котла и собираю остатки голоса, пока не чувствую его вес на своих ладонях. Белый свет пляшет. По бухте разносится сияние, освещая мой лес, пещеру и мою темную фигуру.
Это воистину нечто особенное.
Возможно, дело во вновь обретенной тишине или воспоминаниях, крутящихся в голове. А может, попросту прошло достаточно времени.
Но я отчетливо знаю, как поступить с этим даром.
Я поворачиваюсь к самому огромному полипу. Тому, что растет рядом с моей пещерой. Последнее тело, упавшее на дно.
Когда я произношу заклинание, то знаю: магия меня услышит. Поймет, чего я хочу. Я чувствую ее покалывание на кончиках своих щупальцев и у корней волос.
Голос девушки соскальзывает с моих рук и плывет выше, выше и выше – пока не останавливается у верхушки ствола странного дерева. Там, откуда в беспросветную мутную воду расползаются ветви.
Он останавливается и сливается с полипом. Спустя мгновение раздается глубокий вдох: змеиные головы на ветках одновременно всасывают морскую воду. И тогда голосом маленькой русалочки начинает говорить другая русалка, сгинувшая много лет тому назад. Все пятьдесят лет она была у меня под боком – с тех самых пор, когда я отрастила щупальца вместо ног.
Голос звучит ясно и говорит о том, что сейчас случилось. У нее будут еще сотни лет, чтобы ворошить прошлое и обсуждать события нашей жизни в юные годы.
– Ничего у нее не получится. Он любит другую. Эту гору не сдвинуть за четыре дня.
– Я знаю.
Так оно и есть. Я надеюсь, у нее получится. Но я не могу позабыть о том, что моя мать сделала для меня. Что я сделала для Ника. Что родственники Анны сделали бы для нее, будь у них шанс.
– Но ее семья не позволит девочке так просто умереть.
Они придут и будут умолять помочь им с ее спасением.
Когда я выхожу из своей пещеры с длинным куском коралла в руках, Анна все понимает.
– Сделай его острым. Кровь должна пролиться на ее ноги, если она в принципе решится им воспользоваться.
И вот я точу нож. Да, магия может влиять на жизнь и на смерть – но любовь ей неподвластна.
С тех самых пор, как мои родители познакомили меня с романом Курта Воннегута «Колыбель для кошки», меня завораживает идея существования «карасса» – группы людей, неразрывно соединенных друг с другом космическими связями. Да, я знаю, что это выдуманный термин, созданный в рамках несуществующей религии. Может прозвучать глупо, но я верю, что судьбы людей пересекаются не просто так: на это есть особые причины. Можно называть это «карасс» или каким-либо другим словом. Однако люди, о которых далее пойдет речь, присутствуют в моей жизни не случайно. И я люблю каждого из них. Без них моя жизнь была бы неполной.
Мой замечательный издатель, Мария Барбо, чье волшебное воображение помогло создать мир Эви. Бескрайне благодарна тебе за веру в меня.
Спасибо Кэтрин Тиген, нашему бесстрашному лидеру; Ребекке Аронсон с ее вечными вопросительными знаками и смайликами; корректору Майе Майерс с ее острым глазом и снисходительностью к моей вражде с оксфордскими запятыми (журналисты поймут!); производственному редактору Эмили Ридер и ее твердой руке; Хэзер Доэрти и Эми Райан за прекрасный дизайн книги; Анне Диттманн за бесподобный/запоминающийся/идеальный образ Эви; и остальным сотрудникам издательств «Katherine Tegen Books» и «HarperCollins».
Благодарю:
Рейчел Экстром, моего агента/группу поддержки/движущую силу, которая всегда относится ко мне и моей работе с энтузиазмом и дает ценные указания. И остальных членов семьи агентства «IGLA» – в особенности Барбару Поэлль – за их поддержку, чувство юмора и веру в меня.
Джой Каллауэй, мой лучик солнца – ты делаешь каждый день для меня особенным. Ты точно знаешь, когда нужно написать мне, позвонить или рассмешить. Твои доброта и дружба очень вдохновляют.
Рене Адье, лидера моей стаи – самую мудрую, элегантную и бескорыстную рок-звезду в мире. Ты наполовину сестра, наполовину фея-крестная. И на 100 % состоишь из бриллиантовой пыли.
