Пока же варвары, не догадываясь о реваншистских мечтах Риссы, чувствовали себя полными хозяевами на острове. Обложив данью жителей Ви и отобрав скот у бондов - говоря при этом о том, что они освободили их от иноземного гнета - венды проводили время в разгульных празднествах. Братья Святого Витта от них в этом не отставали- их покровитель не требовал от них столь строгого воздержания, как в других орденах Рейха. А князь и вовсе не был связан обетами- он считался светским владыкой, покровительствующим Ордену, но сам не состоял в нем. Свиные туши жарились на вертелах, в луженые глотки неиссякаемым потоком лилось вино из погребов Нектоны, а постели воинов грели гутские девки, уведенные из окрестных деревень. Пьяные гимны Бальдру-Христу и Свентовиту оглашали округу, совместно с поношениями языческих богов, заставляя Риссу скрипеть зубами в бессильной злобе. Она надеялась, что Богумил упьется вместе с остальными и не успеет приготовить проклятое зелье либо ошибется в его составе. Но волхв не пьянствовал, да и князь не давал ему забыть о долге. Поэтому, едва закончив обряд "очищения" Богумил, взяв посох и походную сумку, ушел в лес. Его не было несколько часов, когда он наконец вернулся держа в одной руке целый сноп различных трав, а в другой- слабо шевелящуюся кожаную сумку. Сев у костра он начал отмерять части отобранных им растений, кидая в небольшой котелок стебли, листья, ягоды, корешки. Затем волхв развязал сумку и ловко вытащил оттуда извивающуюся змею, которой тут же отрезал голову. Сцедив кровь в зелье, он высыпал туда же пригоршню серебряной пыли, шепча над ней молитву. Все это время Рисса стояла рядом и князь держал у ее горла кинжал с широким лезвием. По его лицу тек холодный пот- похоже Рогволод сумел осознать, что будет если волхв не успеет приготовить снадобье. Но вот Богумил в очередной раз посмотрел на закипающий отвар, на его цвет и густоту и, удовлетворенно кивнув головой, снял котелок с огня и поднес к Риссе.
-Пей - требовательно произнес он, а князь еще сильнее прижал лезвие к ее горлу. Рискуя жизнью, Рисса еще раз попыталась пробудить в себе хоть часть силы - нет, все глухо.
-Пей, кому говорят! - распаляясь, рыкнул князь и Рисса, обжигаясь, принялась глотать жидкость. Когда котелок опустел, волхв удовлетворенно кивнул и князь убрал руку с кинжалом от ее горла. Весь последующий день волхв только и занимался тем, что искал нужные травы и готовил отвар, который он сливал в бутыль из под вина.
Несмотря на то, что Рогволод смотрел на Риссу с неослабевающим вожделением, он пока не делал попыток овладеть ее телом. Судя по паре фраз, которыми он обменялся с Богумилом, он не хотел рисковать, вступая в связь даже с такой, обессиленной ведьмой. Князь был готов еще помучиться неудовлетворенным желанием, развлекаясь с деревенскими девками, в ожидании того, как Риссу привезут в его владения, где волхв сумеет связать ее более надежно. Девушку подобные разговоры сильно беспокоили, но она прекрасно понимала, что ничего не может сделать. Сбежать она тоже не могла - лежа связанной в одной из лодок, где ее попеременно сторожили волхв и князь. Оставалось только ждать когда ее враги все-таки потеряют бдительность.
На третьи сутки после взятия замка и разграбления Ангрсборга прибыли первые корабли от Годлейва. Они принесли с собой безрадостные вести: не всем братьям Ордена выпала удача захватить один из замков владык Люти, от Упсалы, Аландов, Эйсюслы венды отступили с большими потерями. Богумил рассказывал еще более тревожные известия - каким-то образом он узнал, что король Этельред на реке Гёта-Эльв разбил датчан и вальбержцев, а Ягморт совместно с норвежцами пустил на дно датский флот и сжег Еллинге, укрепив свою власть в проливах. Сейчас бьярмиец шел на восток со всеми своим флотом, чтобы соединиться с местными князьями и уничтожить захватчиков. Сам Годлейв принял решение уходить на юг, что и советовал делать остальным князьям, даже не находившихся в под его непосредственным командованием. Рогволод последовал его совету и приказал покинуть Готланд.
Ладьи грузились захваченной добычей и одна за другой отчаливали из Ви, на радость прячущимся по домам и лесам горожанам. Риссу - по прежнему связанную и беспомощную швырнули в фреккогг самого князя. Туда же перебрался и Богумил. Зазвучали отрывистые команды и парус с крестом Четырехликого взвился над водой. Флот князя Рогволода уходил на юг, увозя в неизвестность последнюю наследницу Готланда, к чьим честолюбивым мечтаниям теперь добавились и планы мести.
