Гроган переживал тот редкий момент, когда дальнейшие действия куратора из ЦРУ определялись добытой им информацией. Вернувшись в машину, он набрал номер Трентона.
– Мистер Трентон, один из интересующих вас русских «дьяволов», – не отказал себе в удовольствии съехидничать Гроган, – вчера в двадцать два тридцать был доставлен бригадой «Скорой помощи» в травматологическое отделение муниципальной клинической больницы, где и находится в настоящее время под именем Кевин Смит.
– Черт! – выругался Трентон. – Четверо моих людей еще обследуют дно у причала. Но остальных я немедленно посылаю туда! Нет! Я сам еду с ними! Где находится эта больница?!
– Возьмите с собой одного из моих помощников, они оба знают дорогу, – посоветовал Гроган. – Встретимся у входа, я тоже направляюсь туда.
Резко развернувшись перед массажным салоном, Гроган на своем «Корвете» помчался к муниципальной больнице. В это же время от причала судоремонтной мастерской по направлению к городу летел темный «Шевроле». В машине находилось четверо «тюленей» во главе с лейтенантом Гассом. Но на этот раз им пришлось потесниться, так как на переднем сиденье, рядом с водителем, расположился сам Трентон.
Американочка за стойкой регистратуры, с которой так мило поболтал Стас, мне сразу понравилась. У нее было очень симпатичное и отчасти даже румяное лицо, не чета тощим физиономиям прочих американских девиц, поголовно помешанных на диетах. И даже надетые на нос очки ничуть ее не портили, а даже наоборот, придавали лицу умный, я бы сказал, эрудированный вид. Сидя на гостевом диванчике, я то и дело поглядывал на приглянувшуюся мне сестричку, не постоянно, а когда девушка отвлекалась: поворачивалась к компьютеру или начинала что-то перебирать на своем столе. Собственно, в пустом вестибюле смотреть было больше не на что. Негр-охранник по-прежнему дрых сном пожарного на своем стуле, лишь симпатичная медсестра вносила хоть какое-то оживление в сонную атмосферу городской больницы.
Улучив момент, когда девушка подняла телефонную трубку, я вновь взглянул на нее. Я не мог видеть выражение лица, но вот ее движения во время телефонного разговора меня очень удивили. Продолжая что-то отвечать своему собеседнику, она вышла из-за стола, зачем-то перегнулась через стойку и посмотрела в конец коридора, куда незадолго до этого прошел Стас. Вряд ли она хотела освежить в памяти обстановку больницы. У меня родилось только одно объяснение ее странным действиям – девушка искала Стаса. И значит, телефонный звонок был как-то связан с ним! С ним или с Андреем! Мне сразу стало не по себе. Интересоваться моими товарищами могла только контрразведка или полиция…
Со своего места я отлично просматривал вестибюль, но вот то, что происходило за входными дверями, в больничном дворе, от меня было скрыто. Я даже подумывал о том, не вернуться ли мне на автостоянку перед центральным въездом. Но в этом случае Стас и Андрей лишились бы моей помощи, и, поразмыслив, я решил остаться на месте.
Закончив разговор по телефону, медсестра повесила трубку и вернулась на свое место. Но состоявшийся разговор явно ее взволновал. Она заметно нервничала. Эта нервозность угадывалась в судорожных движениях пальцев. Усевшись за стол, девушка повернулась к компьютеру и забегала пальцами по клавиатуре, а потом принялась внимательно читать выведенный на экран текст. Дорого бы я дал за то, чтобы его прочитать. Изучив полученную информацию, медсестра задумалась на несколько минут. Она, наверное, думала бы и дольше, но тут в вестибюль буквально ворвались четыре человека.
