Морские дьяволы полностью

– Пожалуйста, снимите со счета тысячу долла­ров за сегодняшний выход в море, а карточку вместе с распечаткой верните мне. – Видя, что Родригес не торопится взять у него из рук кредит­ку, Старик добавил: – Что, предпочитаете кредит­кам расчеты наличными? В таком случае, мистер Родригес, вам придется подождать до вечера, когда мы вернемся обратно и я смогу получить деньги в банкомате.

Я был уверен, что этот «бык» с пиратской серь­гой в ухе откажет Старику или, по крайней мере, начнет с ним препираться. Но вместо этого Родри­гес почесал свой небритый подбородок и ответил:

– Ладно, док, черт с вами. Понадеюсь на вашу честность. Вечером так вечером. Моя яхта вам, поди, не на один день нужна? Значит, вам меня не кинуть?.. И еще, док, зовите меня просто Рик. Так мне привычней.

– Стивен, – произнес в ответ Старик и протя­нул Родригесу руку. – Фрэд, Роберт и Кевин, – представил он нас.

В момент разговора я находился к ним ближе всех, поэтому, чтобы раньше времени не портить отношений с нашим капитаном, тоже протянул Родригесу руку:

– Фрэд.

– Рик.

У него оказалась широкая и на редкость крепкая ладонь. Да к тому же он, видно, решил поучить меня, потому что стиснул мою руку изо всех сил. Пришлось и мне в ответ сдавить его пятерню. В самом деле, почему бы ученому-карцинологу не обладать стальной хваткой? Может, я регулярно тренируюсь в бассейне и тягаю железо в трена­жерном зале? Через пять секунд нашего противо­борства на лбу Рика выступили сначала мелкие, а затем и более крупные капли пота. Спустя еще не­сколько секунд он криво ухмыльнулся и разжал ла­донь. Я тоже отпустил его руку. «Бык» ничего не сказал, лишь сплюнул сквозь зубы в воду и молча отвернулся.

Родригесу вполне хватило одного моего рукопожатия. К Стасу и Андрею он даже не подошел. И пока мы переносили свое снаряжение на яхту, во­обще не лез к нам с разговорами. Лишь когда мы закрепили на корме «Конкистадора» «Зодиак», он, обращаясь к Старику, спросил:

– Закончили? Можно выходить?

Старик ответил утвердительно. Родригес под­нял трап, потом прошел в рубку и оттуда запустил двигатель. Идеально отрегулированный движок работал почти бесшумно, и вскоре «Конкистадор» уже отвалил от причала. Стас и Старик вслед за Родригесом тоже прошли в рубку, чтобы указывать ему направление, а мы с Мамонтенком расположи­лись на корме, возле нашего снаряжения. Я на вся­кий случай сел так, чтобы держать в поле зрения дверь в ходовую рубку. Через иллюминатор можно было видеть Стаса и стоящего за штурвалом капи­тана Рикардо. Лишь Старик ни разу не попался мне на глаза. Очевидно, расположился по другую сто­рону от Рика.

Встречный ветер трепал мои волосы и времена­ми швырял в лицо прохладные водяные брызги. За кормой пенились взбитые гребным винтом «Кон­кистадора» лазурные волны. Вокруг были видны десятки прогулочных яхт с отдыхающими. Если кто-нибудь из них сейчас наблюдал в бинокль за выходящим из Дулитской гавани «Конкистадором», я представлялся им, наверное, таким же беззабот­ным туристом. Признаться, мне действительно хо­телось развалиться на палубе с закрытыми глаза­ми и хоть ненадолго, хоть на мгновение забыть о том, что скоро придется отправиться в мир под­водного мрака, холода и безмолвия. Кто-то из наших военных психологов однажды сказал мне, что перед погружением полезно расслабляться. Якобы это помогает концентрировать энергию, запас которой там, под водой, всегда ограничен. Вполне возможно. Но сейчас обстоятельства и особенно присутствие на яхте капитана Родригеса не позволяли мне отдохнуть. После рассказа Старика я физически чувствовал исходящую от Беше­ного быка опасность. Правда, Старику и Стасу, ко­торые находились буквально бок о бок с Родригесом, да еще должны были внимательно следить за курсом, приходилось в тысячу раз тяжелее. А ведь им, как мне и Мамонтенку, тоже предстояло идти подводу.

Мы прошли около десяти миль на юг, когда на­конец я почувствовал, что «Конкистадор» начинает сбавлять ход. Если я не ошибся в определении пройденного расстояния, мы как раз вышли в район искомой подводной скалы. Я сейчас же ог­лянулся на берег. Увы, он выглядел совершенно незнакомым. Оказывается, в ночь высадки я не за­помнил ни одного ориентира, к которому можно было бы привязаться для определения положения яхты. Я знал, что сейчас в рубке Стас занимается тем же самым – пытается по очертаниям берего­вой линии понять, где мы находимся и, главное, как далеко от яхты располагается подводная скала с транспортировщиком и прочим снаряжением…

Так прошло около минуты, после чего «Конкис­тадор» на малом ходу двинулся в сторону берега. Когда до полосы прибоя осталось метров четырес­та, яхта вновь повернула на юг, но, не пройдя и полмили, застопорила ход. Через несколько се­кунд я услышал громкий всплеск воды. Это наш ка­питан Рикардо отдал носовой якорь. Практически сразу из рубки вышел Стас и громко, очевидно, чтобы его услышал оставшийся в рубке Рик, обра­тился к нам с Мамонтенком:

– Ну что, попробуем понырять?

– А место-то хоть подходящее? – подыгрывая ему, громко спросил я.