– Ему свернули шею, причем в воде, так как после этого он еще и захлебнулся, – подсказал Трентону старший группы боевых пловцов, заметив, куда обращен взгляд инспектора ЦРУ.
Он собирался еще что-то добавить, но его оттеснил в сторону подошедший сзади шериф.
– А, старые знакомые, – усмехнулся Гроган, взглянув на трупы. – Позвольте представить. Хозяин «Конкистадора» Рикардо Родригес по прозвищу Бешеный бык. Его старый приятель и подельник Хулио Санчес, более известный, как Буч.
– Все это очень интересно, – Трентон поднял на Грогана недовольный взгляд. – Но что дальше? Предлагая вернуться на причал, ты обещал назвать мне номер машины.
Гроган утвердительно кивнул:
– За этим дело не станет. Буч проживал в Ричмонде, а не в Дулите. Приехав в Дулит, он снял номер в мотеле для автомобилистов. Полагаю, он добирался из Ричмонда не автостопом, а на своей машине, данные на которую наверняка имеются в полицейском управлении Ричмонда.
– Так вот чьей машиной воспользовались русские, – сообразил Трентон и, обращаясь к шерифу, приказал: – Возвращаемся в твою контору. Необходимо срочно связаться с полицейским управлением Ричмонда, предупредить дорожную полицию и ФБР.
– Решили все-таки обратиться в ФБР? – спросил Гроган.
– Да, черт возьми! Теперь, когда русские сбежали из города, у них только одна цель – поскорее покинуть страну. Вот пусть ФБР ими и занимается. А мое дело – безопасность атомохода, поэтому я возвращаюсь в Норфолк, – огласил свое решение Трентон. – И вы тоже! – объявил он старшему четверки «тюленей». – Вам предстоит обследовать лодку и очистить ее корпус от установленной русскими «дьяволами» шпионской аппаратуры!
Вариант, когда в силу тех или иных причин разведгруппе боевых пловцов потребуется встреча с резидентом военной разведки, прорабатывался в Главном разведуправлении Военно-Морского Флота. Поэтому перед заброской в США капитан-лейтенанту Ворохову и всем его офицерам были показаны фотографии нескольких мест, заранее выбранных для такой встречи, и в их числе участок федерального шоссе в районе двадцатого километра от Вашингтона.
Разглядев впереди хорошо знакомый по фотоснимкам дорожный щит с указанием направлений движения и расстояния до Александрии, Вашингтона и Балтимора, Бизяев сбросил скорость.
– Похоже, прибыли, – с заметным облегчением произнес он, обращаясь к сидящему на соседнем сиденье Ворохову.
Капитан-лейтенант не ответил. Повернув голову, он внимательно всматривался в мелькающий за обочиной дороги пейзаж. Заметив удобный для наблюдения куст орешника, Ворохов сказал:
– Притормози за щитом, я выйду. Проедешь по шоссе еще пару километров и возвращайся.
Бизяев послушно свернул к обочине, и Ворохов, не дожидаясь, когда джип окончательно остановится, выпрыгнул из машины.
– Давай я тебя встречу, – добавил он, прежде чем захлопнуть за собой дверь.
Бизяев вновь выехал на шоссе, а Ворохов, перепрыгнув через бетонированную сточную канаву, бросился к примеченному им орешнику. Он не чувствовал опасности, но все же хотел добраться к выбранному месту наблюдения до того, как по шоссе проедет следующий автомобиль. Преодолев десяток метров по аккуратно скошенной лужайке, от этого напоминающей искусственный газон, Ворохов упал в заросли орешника. Нижние ветви раскидистого куста частично закрывали обзор, но, после того как Станислав оборвал с них листья, уходящее на Вашингтон шоссе открылось перед ним как на ладони. По автостраде в обоих направлениях то и дело проносились автомобили. Из-за высокой скорости Ворохову не удавалось разглядеть их номера. Но ни один из водителей даже не попытался притормозить, из чего Станислав сделал вывод, что нужного автомобиля пока не было.
За дорожным щитом-указателем имелся съезд на второстепенную дорогу с таким же, как и на шоссе, отменным асфальтовым покрытием, она вела к одному из коттеджных поселков в окрестностях американской столицы. В месте соединения автодорог, непонятно для каких целей, устроили асфальтированную широкую площадку. Ворохов так и не понял ее назначения: «Место для отдыха? Уже на двадцатом километре? Не рановато ли? Да и жильцы, направляющиеся в коттеджный поселок, вряд ли будут останавливаться на полпути к дому». Так или иначе, но именно эта площадка была выбрана действующими под крышей российских дипломатов сотрудниками ГРУ для предстоящей встречи с боевыми пловцами.
Чем дольше Ворохов рассматривал указанное место встречи, тем больше оно ему не нравилось. Площадка у обочины шоссе отлично просматривалась из окон проезжающих мимо автомобилей. Не привлекая к себе особого внимания, там можно было остановиться, имитируя поломку или прокол колеса. Выбранное место годилось для установки или снятия тайниковой закладки, но отнюдь не для конспиративной встречи.
