Ворохов вновь перевел взгляд на шоссе, где как раз показался возвращающийся «Рейнджер». Станислав подождал, когда Данил подъедет ближе, и, выйдя из орешника, махнул ему рукой в сторону дороги, сворачивающей к коттеджному поселку. Бизяев съехал с хайвея и уже собирался остановиться на площадке за обочиной, когда Ворохов жестом велел ему двигаться дальше за окаймляющую шоссе лесополосу. За деревьями он догнал притормозившую машину и сказал:
– Оставим ее здесь, чтобы не было видно с дороги. Когда появится посольский автомобиль, будь наготове, но не выезжай на площадку без моего сигнала. Сначала я сам поговорю с резидентом.
Данил понимающе кивнул головой:
– Уяснил. Только зачем такие сложности?
– Есть основания, – неопределенно ответил Ворохов, после чего быстро вернулся к своей наблюдательной позиции и снова залег в кустах.
Медленно потянулись минуты ожидания. Высохшие стебли оставшейся после покоса травы неприятно кололи тело, но Станислав не позволял себе сменить позу, чтобы не потерять выщипанное в зарослях орешника смотровое окно. Изредка он поглядывал на свои наручные часы. Пошла уже пятнадцатая минута третьего часа, а посольская машина на шоссе так и не появилась. Точность – важнейшее правило агентурных мероприятий. В соответствии с этим правилом назначенную резидентом встречу следовало уже считать несостоявшейся. Но трем боевым пловцам негде было скрыться в чужой и враждебной стране, не у кого искать помощи, за исключением сотрудников военной разведки российского посольства. Поэтому, несмотря на очевидную опасность, капитан-лейтенант Ворохов решил остаться на месте еще на пятнадцать минут и ждать резидента до четырнадцати тридцати.
В четырнадцать двадцать шесть на хайвее со стороны Вашингтона появилась машина, которая по мере приближения стала притормаживать. Подъехав к дорожному указателю, водитель свернул на асфальтированную площадку, и Станислав наконец смог разглядеть номер его машины. У командира разведгруппы отлегло от сердца – перед ним остановился автомобиль российского посольства. Водитель сейчас же выбрался на свежий воздух и, дымя зажатой во рту сигаретой, принялся нервно оглядываться по сторонам. Видимо, он был ровесником Станислава, но на лбу уже обозначились две небольшие залысины, а над брючным ремнем появилась жировая складка. Не замечая лежащего за орешником наблюдателя, дипломат-разведчик несколько раз обошел вокруг своего автомобиля, выбросил в сторону догоревший окурок, правда, затем тут же его поднял и открыл водительскую дверцу, как показалось Станиславу, с явным облегчением собираясь усесться за руль. Однако он не успел этого сделать, поскольку Станислав, появившись из кустов, негромко окликнул резидента. Вздрогнув от неожиданности, дипломат пулей вылетел из салона и несколько секунд пристально разглядывал Станислава.
– Капитан Ворохов? – наконец спросил он, переиначив его военно-морское звание на армейский манер. – Почему заставляете себя ждать?!
– Мы ждали вас дольше, целых двадцать шесть минут, – напомнил дипломату Станислав.
Своим ответом он вовсе не собирался обвинить посольского разведчика в нарушении правил проведения конспиративных встреч, а хотел всего лишь посоветовать ему вести себя более сдержанно, но добился прямо противоположного эффекта. Дипломат буквально побагровел и в гневе набросился на Станислава:
– Да, я задержался, но почему?! Да потому что при выезде из посольства мне сели на хвост две фэбээровские машины! И мне пришлось больше часа мотаться по городу, прежде чем я оторвался от них!
Собираясь на агентурную встречу, дипломат-разведчик должен был предусмотреть возможность ведения за ним наружного наблюдения. Однако он этого не сделал, да еще и попытался обвинить в случившемся Станислава:
– Все это произошло по вашей вине! Это из-за ваших художеств ФБР установило тотальную слежку за всеми нашими дипломатами! Вы неумело сработали в Дулите! Фактически провалили порученную вам ответственнейшую операцию! Да-да, именно так! По данным спутниковой разведки, вчера в 15.00 «Атлант» прервал ходовые испытания на морском полигоне у мыса Хаттерас и в надводном положении проследовал в гавань военно-морской базы Норфолк, где сегодня в 07.45 встал в плавучий док. Вы не только обнаружили себя перед американцами, но еще и потеряли одного человека, а также погубили свою мини-подлодку. Ее, кстати, уже подняли американцы и вместе с водолазным снаряжением погибшего аквалангиста из вашей группы представили как доказательство нашей разведдеятельности у своих берегов! На основании чего заявили нашему МИДу ноту протеста!..
– Достаньте домкрат и баллонный ключ и сядьте за машиной, – неожиданно для посольского работника перебил его Ворохов.
– Что? – опешил дипломат-разведчик.
– Достаньте инструменты и сделайте вид, что меняете колесо, – приказал ему Ворохов.
