«Спокойно, – сказал себе Станислав. – Ты обязательно придумаешь, как его оттуда вытащить. Но сначала нужно успокоиться. – Спрятав в ножны бесполезный нож, Ворохов постарался взять себя в руки. – Если стекло невозможно ни разбить, ни разрезать, его нужно… Дрель! – вспыхнула в мозгу спасительная мысль. – Толщина стекла сорок миллиметров, длины сверла вполне хватит!» Ворохов поспешно снял с пояса электродрель и вставил в нее вместо отвертки специальное твердосплавное сверло. Прижав острие сверла к стеклянному колпаку, напротив внутреннего запора, он начал сверлить. Вращающийся металлический стержень углубился в оргалитовую пластмассу и, проделав в ней отверстие, показался с противоположной стороны. Вслед за первым Ворохов просверлил еще несколько отверстий, после чего вставил в образовавшуюся прорезь лезвие ножа. Зацепив острием за выступ внутреннего запора, он принялся его по миллиметру сдвигать, пока не освободил целиком. Со вторым запором пришлось повозиться дольше, так как «Тритон» лежал на боку и сверлить стекло Ворохову пришлось вниз головой. Но в конце концов он справился и с этой задачей. Вытянув задвижки на обоих внутренних замках, Станислав вновь взялся за защитный колпак и ценой нечеловеческих усилий все-таки сдвинул его с кабины транспортировщика.
Проникнув во внутрикабинное пространство, он потряс Андрея за плечо. Тот не реагировал. «Ладно, Андрей, можешь не двигаться, – обратился к нему Станислав. – Только не умирай. Договорились?» Подхватив друга под мышки, он вытащил его из кабины. Но прежде чем окончательно покинуть лежащий на дне «Тритон», Ворохов еще раз заглянул в кабину, чтобы забрать портативную гидроакустическую станцию, без которой невозможно было отыскать в океане оставшийся за много миль отсюда «Зодиак».
Пять противолодочных вертолетов, и в их числе вновь заправивший баки «Кондор-3», рыскали над поверхностью океана, стараясь обнаружить в водной толще групповой транспортировщик подводных диверсантов или одиночного боевого пловца. Более всего горел желанием отыскать потерянную цель экипаж «Кондора-3». Операторы беспрестанно вращали рукоятки управления магнитным локатором, а пилот вертолета добросовестно выполнял их команды, снижаясь до нужной высоты. Однако все было напрасно: и подводный транспортировщик и пловец погрузились ниже порога чувствительности поисковой аппаратуры. Но оба оператора продолжали вглядываться в пустой экран магнитометра, моля о том, чтобы на нем вновь появилась цель. И спустя несколько минут на экране действительно возникло пятно засветки.
– Есть цель! – практически одновременно выкрикнули оба оператора, опасаясь, что она может снова исчезнуть.
Но пятно никуда не пропало. Наоборот, с каждым пробегом луча по экрану оно увеличивалось, пока не разрослось настолько, что заполнило собой все поле прибора. Такой световой отклик не мог иметь ни индивидуальный носитель боевого пловца, ни групповой подводный транспортировщик.
– Что за черт? – Один из операторов недоуменно повернулся к другому.
В этот момент под брюхом вертолета вскипела вода, и из пучины, подняв тучи соленых брызг и разметав в стороны поднятые ветром волны, на поверхность океана вынырнула подводная лодка. Несколько секунд пилот и оба оператора изумленно глазели на черную громадину, с которой скатывались потоки воды. Затем начальник бортового технического поста нехотя повернул ко рту выносной микрофон своего шлемофона и произнес:
– «Гнездо орла», я «Кондор-3», в обследуемом районе наблюдаю всплытие подводной лодки.
– Какой лодки?! – оглушил оператора голос каперанга Трентона, вырвавшийся из наушников. – Что вы несете?!
– Нашей лодки, – стараясь говорить тише, чтобы ненароком не навлечь на себя гнев инспектора ЦРУ, объяснил оператор. – «Атлант» всплыл в надводное положение.
Трентон не ответил. Швырнув на приборную панель капитанской рубки микрофон радиостанции, поддерживающей связь с экипажами противолодочных вертолетов, он повернулся к командиру эсминца «Роуэл»:
– Майкл! Связь со Спарком! Что происходит, Спарк?! Как вы могли всплыть в надводное положение под объективы российских спутников?! Вы что, с ума сошли?! – закричал Трентон, когда связь с подводным крейсером была установлена.
– Это вы сошли с ума! – взорвался капитан «Атланта». – Чем вы думали, когда приказали мне утопить русских, а те были возле самого дна?! Вы обвиняете меня в несанкционированном всплытии, а не знаете, что мы все здесь чудом остались живы, после того как «Атлант» пробороздил носом по дну?!
Трентон чуть не задохнулся от гнева. Не справившись с управлением, Спарк врезался в океанское дно, а теперь пытается переложить вину на него. Да он действительно выжил из ума! И сумел ли он раздавить русских «дьяволов»?
– Вы уничтожили подводный транспортировщик русских боевых пловцов? – стараясь держать себя в руках и говорить ровным голосом, спросил Трентон.
