Перехватив нож левой рукой, правой Станислав снял с пояса пистолет. Увидев это, «тюлень», атакующий из глубины, сейчас же выпустил в Станислава две стреловидные пули из своего оружия. Одна из них прошла всего в нескольких сантиметрах от ноги Ворохова. Станислав понял, что боевые пловцы получили приказ стрелять только по конечностям. Однако он по опыту знал, что такие приказы выполняются лишь до момента, пока стрелок не видит опасности для собственной жизни, а потом открывает огонь на поражение. Тот факт, что американец первым начал стрелять, свидетельствовал: нервы «тюленя» на пределе. Это следовало использовать. Направив на противника свой пистолет, Станислав четыре раза вдавил спусковой крючок. Оставляя за собой шлейф мельчайших пузырьков пороховых газов, четыре металлические стрелки исчезли в глубине. «Тюлень» запаниковал и спрятал голову за скутер. И хотя он ответил двумя выстрелами, обе выпущенные им пули прошли мимо. Четыре выстрела Станислава тоже не причинили вреда американцу: две из них врезались в носовой обтекатель скутера, еще две пропали в океанской пучине. Однако преследуемой цели Ворохов добился. Противник потерял его из виду. И Станислав, повернув до отказа регулятор оборотов двигателя, на полной скорости промчался мимо. Проплывая возле «тюленя», он попытался ткнуть его ножом. Однако скорость оказалась слишком большой, и удар не получился. Клинок ножа лишь оцарапал борт скутера, не задев укрывшегося за ним американского боевого пловца.
Зато темная громада уходящего в глубину подводного крейсера значительно приблизилась. В окулярах акваскопа Ворохов смог различить не только возвышающуюся над сигарообразным корпусом ракетоносца рубку с отклоненными вниз крыльями стабилизатора, но и задраенные люки пока еще пустых ракетных шахт позади нее и даже невысокое леерное ограждение рубочной палубы.
Все три «тюленя» ринулись за ним, стремясь окружить и снова зажать в кольцо. Бешено вращающиеся винты их буксировочных скутеров взбивали тучи мельчайших воздушных пузырьков, которые шлейфом тянулись за боевыми пловцами. От этого сами «тюлени» напоминали щупальца неведомого морского чудовища, вытянувшиеся вдогонку за своей добычей. Но схватить жертву они так и не смогли. Опередив своих преследователей, Ворохов спикировал на рубочную палубу «Атланта» и ухватился за металлический прут леерного ограждения. Скорость подлодки действительно возросла, и набегающий встречный водяной поток прижал тело Станислава к обшивке. Ракетоносец подхватил водолаза и увлек его за собой в глубину. Оглянувшись назад, Ворохов увидел три темных силуэта, окруженных облаком воздушных пузырьков. Но уже через секунду угрожавшие ему черные тени начали стремительно удаляться, превращаясь в смутно различимые пятна, а затем и вовсе пропали из виду.
Несмотря на то что пытавшиеся его захватить боевые пловцы остались далеко позади, Ворохов не выпустил из рук леерное ограждение. Понимая, что у него не будет другого шанса отыскать в океане американский ракетоносец, Станислав решил оставаться на рубочной палубе «Атланта», пока это будет в его силах. Надежда на то, что подводная лодка вновь замедлит скорость и это позволит ему снять с корпуса «Атланта» записывающее устройство, не покидала командира разведгруппы «морских дьяволов».
Когда стрелка наручного глубиномера добралась до пятидесятиметровой отметки, Станислав ощутил, что к встречному водяному потоку, прижимающему его к палубе «Атланта», прибавилось довольно сильное боковое течение. Американский атомоход закладывал под водой лихой самолетный вираж. Через несколько кабельтовых маневр повторился. Причем боковой поток на этот раз оказался настолько сильным, что развернул Ворохова поперек палубы. Не пройдя и мили, «Атлант» вновь сменил галс, и Станислава швырнуло в обратную сторону. Постоянная смена курсов плохо согласовывалась с программой ходовых испытаний и наводила на мысль, что подводный корабль ведет поиск в ограниченном районе. Замеченное Вороховым по левому борту желтоватое пятно слабого света подтвердило родившуюся у него догадку. Американский ракетоносец стремился обнаружить в водной толще крохотный транспортировщик боевых пловцов. И это ему удалось. Как только нос разворачивающегося ракетоносца нацелился на горящий носовой прожектор «Тритона», корпус атомохода содрогнулся, и «Атлант» стремительно пошел к обнаруженной цели.
Получив сообщение о захваченной носовым гидролокатором одиночной малоразмерной цели, Грегори Спарк приказал соединить его со штабом поисковой операции на борту эсминца «Роуэл».
– Подводный транспортировщик русских прямо по курсу! Дистанция полкабельтова! – торжествующе объявил он в микрофон станции звукоподводной связи. Но последующий доклад акустиков омрачил его настроение. – Транспортировщик уходит в глубину, очевидно, русские «дьяволы» хотят затаиться на дне, – добавил он, приняв очередное сообщение от операторов, следящих за перемещением цели на экране носового гидролокатора.
