Напряжение окончательно отпустило Николая, едва он вплотную подошел к решетчатой двери. Запертой двери. За ней трупы полицейских. Ни один из них не был в состоянии протянуть ключи.
Кок находился в ступоре считанные мгновения. Он вынул из кармана последнюю гранату и сорвал кольцо.
— Ложитесь, парни! — крикнул он и разжал пальцы. Рычаг запала отлетел в сторону. Николай положил гранату на верхнюю часть замка и метнулся вверх по лестнице. Взрыв, за шумом которого не различить скрежета подорванного замка и подавшейся вперед двери. Тут же сверху раздался еще один взрыв — сработала ловушка. Кто-то из полицейских купился, подняв в суматохе ружье. Румыну легче.
Кок шагнул в подвальное помещение. Прямо перед ним массивный стол. За опрокинутым стулом — раненый охранник. Загораживаясь окровавленной рукой, он отползал вдоль стены. Николай ускорил шаг и наступил полицейскому на руку. Нагнувшись, сорвал с его пояса связку массивных ключей. Охранник закрыл глаза, ожидая выстрела...
Николай прошел мимо камеры Мафи. Мафи попытался схватить его за рукав:
— Эй, ты! Ничего не забыл? Я здесь! Протри фары!
— Привет, Кок! — Джеб сжал плечо товарища. Кок остолбенел. Он впервые видел слезы, задрожавшие в уголках глаз командира группы. Он был взволнован не столько своим освобождением, сколько встречей с товарищем, ушедшим, казалось, навсегда. Но он вернулся так, как не смог бы это сделать никто другой. — Я совершил ошибку, когда вышел в море без Кока.
— Вот!
— Открой соседнюю камеру.
Мафи вышел из клетки и первым делом потер запястья, хотя на нем не было наручников.
Джеб. Тимур. Чижик. Дружеские шлепки. Парни вооружились автоматами полицейских и один за другим покинули помещение. Мафи шел в середине группы.
Румын к этому времени чуть отступил: с десяток полицейских во главе с Пхумом Чакри вели плотный огонь и уже вышли на площадку между двумя лестничными маршами. И тут по ним отработали сразу пять «стволов». Раненный в руку Чакри вскрикнул и отступил. За ним, огрызаясь короткими очередями и одиночными выстрелами, ретировались его подчиненные.
На улице скопилось столько народу, что Коку показалось, будто он попал в тщательно спланированную засаду. Русским морпехам пришлось едва ли не продираться сквозь плотную толпу, помогая себе локтями. Николай дал длинную очередь в воздух, поворачиваясь на целый круг:
— Дорогу! В сторону!
Тайцы, китайцы, немцы, японцы, русские сбежались на звуки перестрелки из ресторанов, баров, гостиниц. Вспышка слева, справа — какие-то недоумки, жаждущие приключений, защелкали фотокамерами. Так же безбашенно они снимали разрушительную людскую волну, которая подминала ненормальных и оставляла за собой их трупы.
— Назад, уроды!
Кок первым добрался до микроавтобуса, лавируя между тук-туками, перекатываясь через капоты легковых авто. Дверь «Форда» скользнула в сторону. Боевики один за другим проскочили в салон. Николай отдал команду:
— Давай, Мальчик, поехал, поехал!
Бой придавил голой ступней педаль газа и попер по тротуару, отчаянно сигналя. Пятьдесят метров натуральной нервотрепки, и Мальчик наконец-то вывел «Форд» на шоссе. Он даже сумел обернуться и одарить каждого улыбкой. Чуть развернув панорамное зеркальце, он пожевал губами, равномерно распределяя помаду, поправил платье, привставая с места.
Джеб тряхнул головой, ничего не соображая, и указал на Мальчика за рулем:
— Кто это?
— Хэллбой, — ответил Кок.
Они бросили машину на заправочной станции, что неподалеку от Международной школы Паттайи. Мафи повел товарищей вдоль железной дороги. В темных задворках этого района они сделали короткую остановку. Мафи попросил у Николая трубку и набрал номер телефона. Занято. Выругавшись, таец в нетерпении повторил попытку.
— Это Мафи, — наконец резко назвался он и продолжил недовольным тоном: — Возьми пикап и срочно подъезжай к госпиталю. Нет, я не заболел!
— Кому ты звонил? — поинтересовался Блинков.
— Человеку, который сможет быстро доставить нас сначала в Чхантабури.
— Где это, в Грузии?! — обалдел Кок.
— В Таиланде. Сто двадцать километров от Паттайи и рядом с камбоджийской границей. Там мы будем в безопасности.
— Там — это где?
— В Камбодже. Захочешь жить, в Хошимин бегом побежишь. На границе Тая и Камбоджи десять официальных переходов, они закрываются в пять вечера. Есть два варианта перейти границу — под прикрытием камбоджийских пограничников и под прикрытием денег. Предлагаю второй вариант — экшна мы сегодня пережрали. На границе у меня все схвачено. За пятьсот баксов нас на танке пропустят и не спросят, есть ли у нас оружие и боеприпасы.
«Мафи имеет тесную связь с камбоджийскими и бирманскими продавцами», — припомнились Джебу слова Антоника. Придется положиться на Мафи, другого варианта у россиян не было. Таец сам уносил ноги и для группы, которая сейчас стала для него группой прикрытия, будет стараться так же, как для себя.
Мафи поспешил успокоить Блинкова:
