Цивилизация покоится на плечах изгоев. И когда ей нужен кто-то, чтобы управлять энергостанциями, расположенными на глубине трех километров в Тихом океане, она ищет особых людей для программы рифтеров. Тех, кто приспособлен к опасной окружающей среде, тех, кто настолько привык к травмам и хроническому стрессу, что жизнь на краю подводного вулкана станет для них облегчением. Но среди утесов и впадин хребта Хуан де Фука есть вещи, которые никто не ожидал найти, а достаточное количество давления даже привычную ко всему жертву превратят в человека, сделанного из стали. Но когда наверху понимают, что случилось, изгои и отверженные уже держат в руках тайну, способную погубить весь мир.
STARFISH ©1999 by Peter Watts
BETHLEHEM ©1996 by Peter Watts
COLLATERAL ©2014 by Peter Watts
© Николай Кудрявцев, перевод, 2018
© Михаил Емельянов, иллюстрация, 2018
© ООО «Издательство АСТ», 2018
Бездна заставит тебя замолчать.
Солнечные лучи не касались этих вод миллионы лет. Атмосферы нарастают здесь сотнями, впадины, не подавившись, проглотят дюжину Эверестов. Говорят, сама жизнь зародилась на глубине. Возможно. Если судить по кошмарному облику чудовищных тварей, изуродованных хроническим голоданием и давлением в кромешной тьме, роды эти были не из легких.
Даже внутри железного корпуса бездна нависает над тобой соборным сводом. Здесь не место для пустой болтовни. Если открываешь рот, то говоришь вполголоса. Но туристам на это явно наплевать.
Джоэл Кита привык к тому, что слышит дыхание скафа, его речь из щелчков и вздохов. Джоэлу нужны эти звуки; датчики лишь подтверждают то, что уже рассказало ворчание в желудке у зверя. Но «Церациус» – это прогулочное судно с хорошей звуковой изоляцией: большая кабина, откидные кушетки, дозаторы напитков и наркотиков, встроенные в спинку каждого сиденья. Сегодня Джоэл слышит только болтовню груза.
Кита оглядывается через плечо. Гид, индианка лет двадцати пяти с прической под зебру – некая Притила, – сверкает в его сторону еле заметной, печальной улыбкой. Она – реликт и прекрасно знает об этом. Не соперница библиотеки на борту и не идет в комплекте с ЗD-анимацией и обволакивающим саундтреком. На самом деле гид – просто бутафория. Туристы платят ей не за действия, а за то, что она не делает ничего. Какой смысл быть богатым, если покупаешь только самое необходимое?
Их восемь. Старик с бандажом, явно готовящийся разменять первое столетие, играет с настройками камеры. Остальные надели шлемофоны, запустив программу, задуманную, чтобы туристы не томились во время погружения, но и не слишком удивлялись, не то настоящая цель путешествия обернется полным разочарованием. В наше время эта грань столь тонка. Симуляции почти всегда выходят лучше реальной жизни, и та вечно получает пинки за плохое шоу.
Джоэлу хочется, чтобы клиенты скучали поменьше; тогда бы они заткнулись. Скорее всего, им абсолютно наплевать, так ли уж достойны монстры из моря Чэннера поднятой вокруг них шумихи. Бездна этим людям не интересна, она даже не ужасает их, просто путешествие сюда стоит дорого.
Кита окидывает взглядом пульт управления. Даже тот выглядит избыточным: добрую половину занимают климат-контроль и развлекательные программы. От скуки он выбирает наугад одну и отправляет на экран главного дисплея.
С помощью чудес современной анимации на экране оживает ксилография XVIII века. Грубо вырезанные щупальца обвивают мачты галеона, затягивая его под маленькие деревянные волны. Женский голос, спроектированный так, чтобы максимально привлекать внимание обоих полов, начинает рассказ: «Мы всегда населяли моря чудовищами…»
Джоэл отключается от трансляции.
Сзади подходит мистер Бандаж и фамильярно кладет руку ему на плечо. Пилот еле справляется с желанием ее стряхнуть. Еще одна проблема с этими экскурсиями на глубину: нет кокпита, только панель управления перед пассажирским отсеком. От груза не спрячешься.
– Как у вас тут все сложно, – говорит мистер Бандаж.
Джоэл напоминает себе о профессиональных обязанностях и улыбается.
– Ты этим уже давно занимаешься?
Кожа неприкасаемого сияет золотым загаром культивированных ксантофиллов[2]. Улыбка Джоэла становится немного натянутой. Естественно, он слышал обо всех плюсах этих пигментов: защита от ультрафиолета, повышенное содержание кислорода в крови, увеличение энергии. Говорят, они даже снижают потребность в еде, хотя, конечно, люди, способные позволить себе такое, явно не страдают от нехватки средств. Тем не менее, на вкус Джоэла, это выглядит откровенно уродливо. Имплантаты должны делать из мяса или, по крайней мере из пластика. Если бы люди занимались фотосинтезом, они бы рождались с листьями.
– Я спросил…
Пилот кивает:
– Уже пару лет.
Клиент хмыкает:
– А я не знал, что «Глубинные сафари» – такая старая компания.
– Я не работаю на «Глубинные сафари», – объясняет Джоэл настолько вежливо, насколько может. – Я – фрилансер.
Неприкасаемый, возможно, и не знает, что это такое, он же из поколения, когда все клялись в верности одному хозяину год за годом. Тогда никто не думал, что идея-то не очень.
– Хорошо тебе. – Мистер Бандаж отечески похлопывает его по плечу.
Джоэл закладывает руль на левый борт. Сейчас они проходят около юго-восточного рукава рифта[3], прожекторы погашены; на сонаре невыразительный пейзаж из ила и валунов. Сам разлом в пятидесяти минутах пути. На экране турпрограмма вещает о гигантских кальмарах, атаковавших спасательные шлюпки во время Второй мировой войны, и выкатывает целый парад архивных фотографий: человеческие ноги, сморщенные от конических ран размером с кулак там, где присоски в роговой оправе выдрали куски плоти.
– Омерзительно. А мы увидим гигантских кальмаров?
