— Не знал, что тогда люди спускались на такую глубину.
— Ну да, они только начали. И все думали, что глубоководные рыбы — это вот такие крохотные карлики, поскольку ничего другого в сети не попадалось. Но потом Биб видит огромную распоротую рыбу-гадюку, и люди начинают думать: эй, а может, мы ловим маленьких только потому, что большие обгоняют траулеры? Может, глубокий океан на самом деле кишит гигантскими монстрами?
— Не кишит, — отвечает Джоэл. — По крайней мере, я их не видел.
— Да, так думает большинство людей. Время от времени на берег выбрасывает что-нибудь очень странное. Ну и, разумеется, есть Мегарот. И совершенно заурядный гигантский кальмар.
— Они так глубоко не заходят. Могу поспорить, что и остальные гиганты тоже. Еды мало.
— Если не считать источников.
— Если не считать источников.
— На самом деле, — поправляет его Джарвис, — если не считать вот этого источника.
Линия передатчика проносится мимо молчаливым метрономом.
— Ага, — через какое-то время говорит Джоэл. — А почему так?
— Мы до сих пор не уверены. И работаем над проблемой. Я именно ею сейчас и занимаюсь. Собираюсь упаковать одного из этих чешуйчатых монстров.
— Ты шутишь. Как? Забьем до смерти скафом?
— На самом деле его уже упаковали. Рифтеры постарались пару дней назад. Нам всего лишь надо его подобрать.
— Да я бы и сам мог справиться. Ты тут зачем?
— Надо проверить, все ли правильно они сделали. Как-то не хочется, чтобы канистра взорвалась на поверхности.
— А что за дополнительный баллон ты привязал к скафу? Который с наклейками «Биологически опасно» по всему корпусу?
— А, этот, — говорит Джарвис. — Чтобы стерилизовать образец.
— Ну-ну. — Джоэл пробегает глазами по панелям управления. — А у тебя на суше, наверное, немало веса.
— Это почему?
— Я совершил множество рейсов к Чэннеру. Фармацевтические погружения, доставка припасов на «Биб», экотуризм. Недавно доставил на станцию какого-то корпа, он сказал, что останется там на месяц или около того. Три дня назад Энергосеть звонит мне и говорит, что его надо забрать. Я в спешке собираюсь, а мне и говорят, что рейс отменен. Без всяких объяснений.
— Довольно странно, — замечает ученый.
— Ты первый, кого я отвожу на Чэннер за последние три недели. Причем это не только у меня, но вообще у всех, насколько я знаю. Так что веса у тебя на суше достаточно.
— Нет, на самом деле. — Физиолог пожимает плечами в полумраке. — Я — всего лишь научный сотрудник. Еду, куда отправят, так же, как и ты. Сегодня мне приказали нырнуть на дно и забрать контейнер с рыбой.
Джоэл смотрит на него.
— Ты спрашивал, почему они такие большие, — говорит Джарвис, резко сменяя тему. — Мы думаем, это какая-то эндосимбиотическая инфекция.
— Да ну.
— Скажем, для некоторых микробов проще жить внутри рыбы, чем снаружи, в океане. Осмотический стресс меньше. И когда они внутри, то качают больше АТФ, чем это нужно носителю.
— АТФ, — произносит Джоэл.
— Высокоэнергетическое фосфатное соединение. Клеточная батарейка. В общем, они выбрасывают эту дополнительную АТФ, и рыба-носитель может использовать ее в качестве энергии для дополнительного роста. Вполне возможно, что на источнике Чэннера есть какой-то уникальный паразит, который поражает костистых рыб и дает им такой серьезный рывок в росте.
— Как-то жутковато.
— На самом деле такое происходит постоянно. Каждая из твоих клеток, к примеру, это колония. Ну ты понимаешь, ядро, митохондрии, хлоропласты, если ты — растение…
— Я — не растение.
Лица богатеньких туристов проносятся в памяти Джоэла.
«А вот о некоторых людях так не скажешь».
— …все они были свободно живущими микробами, развивающимися самостоятельно. Пару миллиардов лет назад их что-то съело, но переварить толком не сумело, и потому они продолжают жить внутри цитоплазмы. По ходу дела они заключили договор с клеткой-носителем, взяли на себя уборку по дому и все такое, оплачивая ренту. И вуаля: твоя современная эукариотическая клетка.
— Так, а что случится, если этот паразит Чэннера проникнет в человека? Мы все вырастем под три метра?
Вежливый смешок.
— Нет. Люди прекращают расти, когда достигают взрослого состояния. Как и большинство позвоночных. С другой стороны, рыбы растут всю свою жизнь. А глубоководные рыбы… они вообще ничего не делают, только растут, если ты понимаешь, что я имею в виду.
Джоэл вскидывает брови в недоумении.
Джарвис, словно сдаваясь, поднимает руки:
— Знаю, знаю. Твой мизинец больше чуть ли не любой глубоководной рыбы. По крайней мере, обычной. Но это всего лишь означает, что у них мало топлива. Когда они наполняют бак, то, поверь мне, всю энергию пускают в рост. А зачем тратить калории и плавать туда-сюда, когда все равно ничего не видно? В темной окружающей среде хищникам гораздо разумнее просто сидеть и ждать. А если вырастешь достаточно большим, то, возможно, станешь не по зубам другим местным обитателям, понимаешь?
— Ммм.
