— А каково, по-твоему, мне было смотреть на твоего Ратая. Молодчику и двадцати нет, а богаче всех в Дарполе. Я добыл тебе переговорами победу над Хемодом. Ты это как-то особо оценил? Железные печи всю осень и зиму привозил из Хемода и на это никакого внимания! Я дядя твоей жены, сколько раз она ко мне прибегала в слезах от твоих наложниц, и никто кроме меня не мог найти слова, чтобы заставить её успокоиться и смириться!
— Всё верно, — спокойно согласился Дарник. — Тех денег, что ты украл, хватит, чтобы оплатить твои заслуги перед Дарполем, или добавить ещё? Скажи — я добавлю.
Сигиберд, не понимая, смотрел на него. Не дождавшись от тервига ответа, Дарник жестом указал караульному вести Сигиберда назад к Зарубе и вышел из дома.
Советники поджидали его во дворе, здесь же рядом с Калчу стояла Милида, с надеждой глядя на мужа. Князь молча посмотрел на Калчу, та всё поняла верно: взяла Милиду под руку и повела прочь. Вместе с Гладилой, Агапием и Ратаем Дарник направился в Воеводский дом.
— Ну говорите, — сказал он им, усаживаясь на княжеское место.
Гладила покосился на Агапия, предоставляя ему высказаться первым.
— Если сажать Зарубу в клеть, то и Сигиберда надо было... — не очень уверенно произнёс ромей.
— Ты всё сделал правильно, — успокоил его Дарник.
— Хемод ждёт твоего суда ещё больше, чем Дарполь, — усмехнулся Ратай. — Сильно жалеют старичка.
— Не очень справедливо будет, если Зарубу ты казнишь, а Сигиберда пожалеешь, — высказал своё Гладила.
Главное решение советники, как всегда, оставляли за князем.
— Я поговорил с Сигибердом и принял решение. Заруба и Сигиберд останутся тут, в Эмбе, вернее, за пределами городища, пусть там устраиваются как хотят. Вернуть им всё, что они наворовали, перевезти сюда к ним их жён и всё имущество. Деньги у них есть, пусть нанимают работников, покупают скотину и живут, как могут.
Советники молчали, переваривая услышанное.
— Стало быть, теперь они вне княжеского закона и убийство и ограбление их не будет считаться преступлением, — сделал очевидный вывод Гладила.
— Вне закона это когда за изгнанника некому вступиться, — поправил его князь, — Тебе их от грабежа и насильников беречь, но в городище не пускать.
— В чём же тогда смысл наказания? — недоумевал Ратай.
— В половинном изгойстве. Чтобы они кое-как выживали и грызли себя за свой просчёт и глупость.
— Немного странно, но глянуть, что из этого выйдет можно, — рассудил Агапий.
Теперь оставалось узнать, как к наказанию отнесутся любимые «курицы». Милиду решение мужа обрадовало:
— Но ведь потом ты сможешь снять с дяди эту опалу?
— Боюсь, что для этого должно случиться что-то слишком особенное, — неопределённо пообещал Дарник.
— Наказание подходящее, — одобрила Калчу. — Только жаль, Эмба слишком далеко от Дарполя. Если б было рядом, тогда всем был более поучительный пример.
Мысленно он согласился с танханшей, но своё решение изменять не стал.
Порядок работ и ратных занятий в Эмбе оказался столь хорошо налажен, что не имело смысла в него вмешиваться. Единственное пожелание Рыбья Кровь высказал лишь в Эмбе-Пристане, где и как устраивать гавань для бирем и лодий. После чего нашёл себе другое занятие.
Ещё с Гребенско-Липовских времён лежал у него заготовленный список «Воеводского устава», определяющий не только военное, но и обычное поведение старших и малых воевод, да всё не хватало времени закончить его. И вот такой удобный момент случился.
Список остался в сундуке в Дарполе и был на словенском языке, но это уже не имело значения. Подчиняясь нахлынувшему вдохновению, он просто взял в руки перо и чистый пергамент, вывел на нём по-ромейски «Устав архонта» и дальше тоже по-ромейски стал строчить правила устава.
Всего получилось восемнадцать правил:
«Архонт больше всего дорожит своей честью, поэтому всегда выполняет свой воинский Долг.
Архонт своим примером показывает стратиотам, как можно мужественно переносить тяготы воинской службы. Нужно, чтобы стратиоты смотрели на него не как на придирчивого надзирателя-бездельника, а как на человека загруженного военной службой больше самих воинов. Меньше спать, меньше бездельничать, меньше болтать о пустом.
Архонт не кичится своей знатностью, богатством и военными подвигами. Его сила не в хвастовстве, а в нерушимом спокойствии.
Архонт постоянно стремится улучшать свои военные знания и умения. Важно, чтобы стратиоты видели и уважали его учёность и военные способности.
Архонт никогда не скрывает истинного положения дел в своём отряде и всячески старается исправить возникшие недостатки.
Архонт выносит наказание стратиотам лишь на следующий день, на холодную голову.
Архонт дружен со своими соратниками и всегда умеет отличить дружескую шутку от оскорбления.
Архонт удерживает стратиотов от недостойных поступков на поле боя и в мирное время.
Архонт милосердно относится к пленным. Издевательствами над пленными своё достоинство можно только уронить.
Архонт не позволяет себе обсуждать приказы военачальника и поведение других архонтов со стратиотами.
