– Причина всегда найдётся, – вздохнул Друлль, забирая со стола перчатки и надевая их. – Какое из них совершено последним и как давно?
– Около недели назад, вот это, – король Тарплена указал на один из рисунков.
– Слишком давно. В таком случае можно не торопиться с осмотром мест.
– Да, это верно. С другой стороны у рисунков есть адреса.
– Я могу ещё с кем-то поговорить об этом?
– Разумеется, с моими советниками и сыщиками.
Друлль встал и собрался уже уйти, но внезапно остановился. Он обернулся и пристально посмотрел в большие изумрудные глаза короля:
– Вот ещё что, хотел спросить тебя. Стража на воротах отказывалась впустить меня во дворец. Это как-то связано с убийствами, или ты ограничил вход для бедных?
– Не подумай, что это как-то относится к тебе лично. Если бы ты одевался согласно своему статусу, то тебя бы не задержали на въезде. Просто не хочу, чтобы по улицам моего дворца бродил всякий сброд и разносил заразу. Их место за стенами. У меня в планах снести эти ветхие лачуги у стен, чтобы не портили вид.
– Почему-то я так и подумал.
Друлль простился с королём и вышел в коридор, столкнувшись по пути со служанкой. Он чуть не сбил её с ног. Поднос выпал из её рук, ударившись о пол. Чашки со звоном разбились и рассыпались вперемешку со сладостями. Друлль, извиняясь, машинально присел на корточки и начал помогать ей собирать осколки.
– Мой господин, не нужно, – томно сказала девушка, нежно притронувшись к его предплечью выше перчаток так, чтобы коснуться его кожи.
Михаэль поднял глаза на её лицо, и оно показалось ему знакомым. Вспомнив, что это та самая нахальная служанка, Друлль, смутившись, встал и оставил её одну собирать разбитые чашки, уверенной походкой уходя прочь.
Глава 2. Балгур. Эшарва. Честь лорда
Низкорослый вельможа нервно расталкивал людей, сходящих по трапу корабля. Он пыхтел и мучился от одышки. Двое спутников в жёлтой форме стражей едва поспевали за ним. На их коротких плащах переливались эмблемы Стригхельма в виде золотого огня, в котором пылала обнажённая женщина с длинными волосами. Тонкими руками она обхватывала изящные согнутые ноги, словно в лоне матери.
— Найди нам повозку, – обратился вельможа к одному из стражей, скользя по окрестностям маленькими рыбьими глазками. Дорогая одежда смотрелась на нём как перья павлина, налипшие на свинью.
— Да, сэр, – поправил ножны с золотым наконечником страж и бросился в сторону оживленной толпы. Из-под его полотняной туники выглядывала кольчуга.
Несколько повозок, загруженных бочками с рыбой стучали деревянными колёсами по мостовой. Голубоглазая кудрявая девочка бегала от прохожего к прохожему и предлагала купить букетики полевых цветов.
Вельможа взглянул на корабль и вытер пот кружевным платком с высокого лба:
— Ну и жуткая всё-таки рожа, – сказал он скрипящим голосом, сбрасывая пряди редких кудрявых волос, налипших на лоб.
Хвост морского чудовища из чёрного металла обвивал корму корабля и тянулся по борту до самого носа, заканчиваясь огромным ростром в виде раскрытой пасти четырёхглазого монстра. На чешуе твари блестели изящные золотые буквы «Партурик».
– Достать бы рубины из его глаз, – мечтательно хмыкнул страж и вытянул вперёд грубую ладонь. — Каждый с… Да какой там, с три мои головы, — махнул он рукой и, небрежно бросив ручную кладь на причал, ослабил ремни на поясе своей кирасы из вываренной и сыромятной кожи. – Мне на шлюх до конца жизни хватит.
— Что захотел, -- покосился на него вельможа. – Хотя можешь попробовать, Зайдан, только это самоубийство. Морды команды не менее жуткие, – передёрнулся он.
– Это верно, – блеснул глубоко посаженными тёмными глазами Зайдан, словно алмазами в пустых глазницах. – Вроде и вежливые они, обходительные, а скалятся как порабощенные дикие волки. Того и гляди накинутся и разорвут.
– Одним словом, варвары! Не будь Партурик самым быстроходным судном на Морталии, ни за что бы в него не сел!
– Купите цветочки! – весело просияла девочка, протягивая вельможе букетик.
– Проваливай отсюда, попрошайка! – рявкнул он, отпихивая ребёнка.
Девочка насупилась и убежала.
– Нашёл! Нашёл, сэр! Пойдемте скорее за мной, – кричал возникший из ниоткуда страж.
– К чему такая спешка? – возмутился вельможа.
– Понимаете, господин Кравец, – запинаясь, начал он, – владелец повозки не согласился нас ждать.
– Что?! Сколько ты ему заплатил? – округлил глаза Кравец.
– Как обычно, два золотых.
– И он за такие деньги отказался ждать? Предложил бы больше!
– Сэр, ему было всё равно, сколько мы ему заплатим, он сказал, что он не извозчик и если успеем, то позволит поехать с ним.
– Так и сказал "позволит"? Поганые плебеи! Куда идти? – негодуя, сдался Кравец.
– К мосту, сэр.
– Куда? – воскликнул он и, смешно выпучив маленькие глазки, посмотрел вдаль на мост, возвышающийся над речным обрывом. – Да что он возомнил о себе? Да он знает, кто я?
– Он знает, сэр.
– Так он ещё и знает?! Видит Бог, я пытался быть вежливым, но сейчас я ему устрою! Где дом наместника Балгура? И ты поинтересовался, как зовут этого холопа?
