— Ради тебя, — тихо произнёс он, почти шепотом, — я останусь с вами.
Его слова, сказанные с внутренней болью, прозвучали как клятва, и русалки, удовлетворённые его ответом, нежно запели свою чарующую мелодию. Голоса их стали ещё глубже и обволакивающими, словно обещая, что временное расставание с миром смертных позволит ему вкусить вечную магию воды.
Морвейн почувствовала, как её сердце разрывается между благодарностью и страхом, но знала, что без Лиандера ей не пройти все испытания. Она обняла его на прощание, тихо шепча слова поддержки, и, с тяжелым сердцем, продолжила свой путь к святилищу Хранителя воды.
Морвейн, оставив позади магическую суету Лазурного Преддверия и чар русалок, теперь шла одна вместе со своим котом-призраком. Лиандер, пленённый обещаниями водной магии, остался у берегов. Для Морвейн это было болезненно: она знала, что оставлять его здесь — значит потерять ту частичку света, которая так многого значила для неё. Но её путь к Хранителю воды требовал решительности и одиночества.
Без лишних слов, сжимая призрачного кота в объятиях, Морвейн тихо отвернулась от сцены, где русалки продолжали соблазнять эльфа. В её глазах блеснула решимость, а сердце билось быстрее от осознания неизбежной разлуки. Она понимала, что её миссия — идти дальше, встретиться с Хранителем воды — должна быть выполнена любой ценой. Лиандер, окутанный чарами водной стихии, оставался позади, как эхо света, которое она надеялась однажды вернуть.
В Лазурном преддверии, где магия воды и света переплетается в единое целое, у самого края этого загадочного места возникли величественные врата. Они возвышались над гладью мистического озера, отражавшего лазурное небо, и казались сотканными из чистого кристалла и древнего мрамора.
На поверхности врат мерцали сложные узоры, напоминающие извилистые потоки воды и древние символы, высеченные руками давно забытых мастеров. Лёгкий бриз, доносящийся с моря, словно оживлял эти узоры, заставляя их мягко светиться и переливаться всеми оттенками синего и зелёного.
Морвейн поняла, что ей нужно именно туда. Она медленно подошла к величественным Вратам, стоящим на границе Лазурного Преддверия.
Морвейн, переступив порог врат, мгновенно ощутила, как мир вокруг нее перевоплотился. Вместо привычного тепла и света она оказалась в безбрежном океане, погруженная в холодное объятие воды. В один момент она уже не стояла на твердой земле, а буквально утонула в темноте, окружающей ее со всех сторон.
Легкие, жаждущие воздуха, наполнились ледяной жидкостью, и паника охватила ее тело. Морвейн пыталась сделать вдох, но вода, как будто, поглощала каждый ее порыв. Ее сердце билось в бешеном ритме, а глаза расширились от ужаса, когда осознание безысходности ворвалось в ее разум.
Кот, обычно спокойный и насмешливый, теперь звенел от паники. Его голос, прерывался тревожными мяуканьями:
— Мяу, держись, Морвейн! Ты не должна утонуть! Пожалуйста, не отпускай меня, держи мою лапу!
В глубокой темноте океана Морвейн чувствовала, как страх сковывает каждую клеточку ее тела. Без возможности дышать она пыталась вырваться из этого ледяного плена, сквозь холодное давление и темные волны, которые, казалось, тянули ее в бездну. Это было мгновение отчаяния и смятения, когда время остановилось, а сама стихия воды заявила о своей неумолимой власти.
Когда паника охватила Морвейн и воздух казался недостижимым, она закрыла глаза и сосредоточилась на благословении ветра, дарованном ей ранее. Вместо того чтобы бороться с давлением воды и страхом, она тихо обратилась к себе, словно вызвав невидимого помощника, и почувствовала, как внутри её сердца разливается легкий, тёплый поток ветра.
Этот поток, как живое дыхание стихии, пробудил в ней силу, позволяющую дышать даже под водой. В мгновение ока страх уступил место спокойствию, и она ощутила, что её легкие наполняются не воздухом, а той магической энергией ветра, которая проникла сквозь каждую каплю воды. С каждым вдохом она чувствовала, как её тело становится легче, а давление океана — менее удушающим.
— Ты меня напугала, — проворчал кот, успокаиваясь вместе с Морвейн.
Они оглянулись, всмотрится в темноту океана и глубоко под водой увидели очертания затоплённого храма. Проплыв ближе им стали четче виды древние колонны и арки, покрытые водорослями и мхом, которые возвышались, как напоминание о забытой эпохе, где магия воды правила миром. Вода вокруг была спокойной, но одновременно таинственной.
Подойдя ближе, Морвейн осторожно вошла в храм. Плывя сквозь прозрачную воду, она заметила, что внутри храма царила удивительная стерильность — здесь не было ни мхов, ни водорослей, всё было безупречно чистым, словно время остановилось, чтобы сохранить древнее святилище в первозданном виде.