Росток продолжал слушать Мэри Пэт, которая радостно щебетала о победительнице лотереи. Затем ведущие рассказали остальные новости дня, светловолосый Дон Уэллер объявил прогноз погоды, после чего все трое обменялись шутками со спортивным комментатором Хэнком Джейкобсом. Когда логотип «Горячих новостей» исчез, телевизор и магнитофон автоматически выключились, оставив выпуск на пленке. Никакого упоминания о руке Распутина. Может быть, Робин готовила репортаж на следующий день?
Через сорок пять минут Росток был в студии «Канала 1» и требовал Робин.
— Извините, офицер, — сказала девушка в приемной. — Но ее здесь нет. Она обычно работает днем.
— Она не заходила?
— В мою смену — нет, но я могу проверить записи, — девушка старалась быть вежливой и стремилась помочь, видимо, из уважения к полицейской форме. — Извините, — сказала она, — но записей о ее приходе нет.
— Мне нужно найти ее.
— Если это важно, я могу попробовать позвонить ей домой.
— Дома ее нет. Я как раз оттуда.
Простите, офицер, — за спиной у Ростка раздался знакомый баритон. Обернувшись, он увидел Ли Монтгомери. Вы ищете Робин?
Он опустил взгляд на нашивку на плече и табличку с именем Ростка.
— Вы тот полицейский из Миддл-Вэлли? Который расследует историю про руку из сейфа? — в его голосе вдруг появился интерес. — За этим вам нужна Робин?
— Вы знаете, где она?
— Не вы один ее ищете, — сказал Монтгомери. — Она не появлялась на работе со вчерашнего дня. Сказала, что поедет с вами делать репортаж. Одно это всех удивило, а утром она перестала отвечать на звонки. С ней целый день никто не может связаться. По-моему, это непрофессионально.
— Могу я осмотреть ее кабинет? — спросил Росток.
— Конечно, но там ничего нет. Это стандартное помещение, она делит его с одним из наших репортеров.
Монтгомери провел его в кабинет. Соседкой Робин оказалась афроамериканка, которая начала было протестовать против обыска, но Ли Монтгомери быстро ее успокоил. Она отошла и позволила Ростку осмотреть папки и ящики.
— Что вы ищете? — спросила она. — Может быть, я смогу помочь.
— Не знаю. Если что-то сможет подсказать, где найти Робин…
— Такого вы здесь не найдете. Когда два человека сидят за одним столом, вряд ли они будут держать в нем что-то личное.
— А компьютер?
— Он у нас тоже общий. Вообще-то, им в основном пользуюсь я. Она больше работает с ноутбуком. Я была бы рада просмотреть ее файлы для вас, но они чисто деловые.
— Милые девочки, — сказал Росток, показывая на одну из фотографий на столе. — Двойняшки?
— Да, — улыбнулась девушка. — Грейс и Хлоэ. Им сейчас по шесть.
— А это кто? — Росток указал на фотографию белой женщины средних лет. — Где она живет?
— Где сейчас, не знаю. Раньше она жила в Филадельфии. Но не так давно вроде бы переехала сюда, Ж девушка вздохнула, пожав плечами. — Робин не рассказывала о своей личной жизни… даже Джейсону.
— Джейсону?
Девушка вдруг замолчала. Ее взгляд переметнулся на Ли Монтгомери, словно она сказала что-то лишнее.
— Джейсон — наш директор по новостям… или, наверное, стоит говорить «бывший директор», — объяснил Ли. — Ходят слухи, что у них с Робин роман.
— Может, она у него? — предположил Росток.
— Сомневаюсь. Они расстались, когда он отказался поддержать ее на одном из собраний. Это ее очень расстроило. Не думаю, что она когда-нибудь к нему вернется.
— Похоже, вы в курсе всего, что здесь происходит, — сказал Росток.
— Я делаю новости, — улыбнулся Ли Монтгомери. На белом воротнике его рубашки было размазано немного оранжевого грима. — Если честно, есть один человек, который может знать, где она. Это Гамильтон Уинфилд, который и послал ее на расследование дела с рукой в сейфе. Он знает обо всех здесь даже больше меня.
— Уинфилд? Она про него говорила, — вспомнил Росток. — Он что-то вроде консультанта, верно?
Ли Монтгомери вывел его в коридор, где их не могли слышать остальные работники.
— Он консультант по рейтингам. Странный человек. Всегда мерзнет и жалуется, что недостаточно тепло. Мы не даем домашних адресов своих сотрудников — но для вас я могу поступиться этим правилом, если…
— Если что?
— Если вы обещаете мне права на эксклюзивный репортаж о том, что за чертовщина творится у вас в Миддл-Вэлли.
— Я уже пообещал их Робин.
— Да, но она ведь сбежала? С точки зрения этики — это повод разорвать любое ваше с ней соглашение.
Если Гамильтон Уинфилд выбирал себе дом из соображений безопасности, а не красоты, он, без сомнения, сделал правильный выбор.
