– Оставьте, друг мой, оставьте, вы собрались мыться, я вас долго не задержу, – говорил банкир, садясь за стол, – велите лучше этому мошеннику-трактирщику подать мне стакан вина.
Трактирщик благоговейно кружил вокруг банкира, еще больше зауважав кавалера. Шутка ли, сам старик Кальяри посетил трактир.
– Как вы узнали, что я приехал? – спрашивал Волков.
– Вы шутите над стариком, – улыбался Кальяри, – весь город только о вас и говорит, о вас, о прекрасной раке со святынями, об обозе трофеев. Вы, друг мой, главная новость на неделю вперед.
Ёган принес куртку и обувь, Волков быстро накинул одежду на плечи, сунул ноги в туфли:
– Я собирался навестить вас завтра.
– Простите, что упредил вас. Но хотел повидать вас сегодня.
– Наверное, вы хотите знать о нашем деле?
– Я все уже знаю, мой друг, все знаю. – Банкир отпил вина.
А Волков делал вид, что осведомленность банкира его не удивляет.
– Вот, – господин Кальяри сделал жест, и один из его людей тут же красиво выложил на стол цепочку небольших, но толстеньких золотых монет, – вот это ваши кроны, здесь больше, чем я вам обещал.
– Я признателен вам, – сказал кавалер, но не торопился считать монеты и забирать деньги, он глядел, как жадно косится на золото трактирщик. Улыбался.
– И также мы обналичили вексель Рицци на сто талеров. – Человек банкира стал выкладывать на стол столбики серебряных монет, так чтобы их легко было считать.
Трактирщик чуть не окосел.
– Я признателен вам, господин Кальяри, – Волков привстал и поклонился. – У меня есть золото, но мне понадобятся талеры, вы поменяете мне?
– По самому лучшему курсу, – заверил банкир. – И еще кое-что…
Он замолчал. А Волков с интересом ждал, когда гость продолжит.
– Вы привезли хорошие трофеи, думаете их продавать? – спросил банкир, пристально глядя на рыцаря.
– Думаю. Может быть. – Он подумал, что банк хочет выкупить у него трофеи. И не хотел торопиться, чтобы не давать повода банкиру снижать цену.
– Если надумаете, я познакомлю вас со штатгальтером императора. К концу недели ландтаг даст добро на собрание в Ланне и землях войска для императора. Штатгальтер Ульрик будет собирать в нашей земле пять сотен пеших, сорок конных кирасир, ну и пушкарей, арбалетчиков, сколько будет, и сто человек обозных людей. Сами понимаете, им потребуются доспехи, оружие, седла, сбруи, телеги и лошади… В общем, все то, что есть у вас. Император платит щедро, очень щедро, но не сразу, придется, правда, подождать.
– Не сразу? – заинтересовался кавалер.
– Нет, но на вашем месте я бы взял имперские векселя, они всегда в цене, нет бумаг более надежных. Их примут везде, но если захотите их продать сразу, у вас попросят скидку, и чем быстрее вы захотите их продать, тем больше окажется скидка. Но если у вас есть время ждать, вы получите хорошую цену. Хорошую! Ну так как? Вы заинтересованы в знакомстве с господином штатгальтером Ульриком?
– Да, я заинтересован.
Волков был действительно заинтересован, осталось только расплатиться с Пруффом и его людьми, и для этого у него имелось достаточно денег, у него теперь была куча золота. И от банкира, и от того, что ему принес отец Семион – долю золота от колдуна. Волков чувствовал, что неплохо заработает на этом деле.
– Да, я заинтересован в знакомстве с господином Ульриком, – повторил он.
В ночь после ванны, будоражащих разговоров про деньги и немалого количества пива Волкову захотелось повидать госпожу Брунхильду. Но та дверь в свои покои не открывала. Кавалер настаивал, и громко.
Так, что переполошил постояльцев и хозяина, но девица упорствовала и была в упорстве своем груба и даже доходила до брани. Они переругивались через дверь, пока Ёган и хозяин гостиницы не увели кавалера почивать.
Хлопоты, хлопоты, хлопоты. Когда у тебя столько добра, все нужно считать. Считать и пересчитывать. И снова пересчитывать, потому что вокруг люди… Люди есть люди, и они слабы. Волков это знал. Даже если пред честным Ёганом, набожным деревенским мужиком, которому он доверял, все время держать гору золота, рано или поздно у него возникнет мысль: золота много, никто его не считает, а можно взять чуть-чуть, никто и не заметит.
