– Вот именно, терпение, – вставила Вилька. – Знаете что, мальчишки, давайте так. Мы ведь завтра идем на съемки? Идем. Вот и наберитесь терпения, подождите до утра. Я вам точно обещаю, что завтра мы от Кит Китыча все узнаем.
– А с чего это ты взяла, – недоверчиво глянул на нее Петич, – что он нам все расскажет?
– А с того, что он не такой, как этот Колобок. Он порядочный, это сразу видно. Не станет же он дальше работать с человеком, который его обманывает? И не станет что-то скрывать от тех, кто помог ему разобраться в этом человеке. От нас то есть.
И Вилька спокойненько стала переходить речку.
– Вот святая простота! – воскликнул Петич и не удержался, покрутил у виска пальцем. В Вилькин адрес, конечно. – Да этот Колобок и твоему Кит Китычу что-нибудь соврет. Очередную лапшичку повесит – и будь здоров, Кит!
Ребята повторили Вилькин маневр – перешли по трубе друг за другом. Ларик для верности даже Остапа на руки взял, потому что пес опасливо поглядывал на воду. Не нравилась ему перспектива опять искупаться в речке-»вонючке». Несмотря на жаркую погоду.
Ребята прошли детскую площадку в молчании, каждый думая свои грустные мысли. И вдруг Петич стукнул себя ладонью по лбу!
– Так она же права! – указал он пальцем на Вильку. – А мы как дураки домой плетемся!
Ларик с Вилькой остановились как вкопанные, ничего не понимая. Что такого мудрого сказала Вилька? Что надо идти домой и дожидаться завтрашнего утра? Именно это они и делают…
– Сейчас там… – Петич возбужденно махал рукой в сторону парка. – Там… Они же и остались беседовать! Дурак я дурак, сразу не догадался! Столько времени потеряли. Может, мы пропустили самое главное!
– Ну и что? – не поняла Вилька. – Тебя же туда не пригласили.
– «Не пригласили»! – передразнил ее Петич. – Ладно, ты иди домой. Завтра у тебя день тяжелый – съемки, то да се. А мы не актеры, времени у нас с Ларионом свободного побольше. Мы с ним просто прошвырнемся обратно, посмотрим, что к чему.
Ларик понял: Петич хочет побыстрее вернуться ко дворцу. И, наверное, постараться подслушать, о чем говорят Колобок с Кит Китычем. Только вот как он собирается это сделать? Ларик взглянул на Вильку, думая, что та сейчас отговорит Петича от такой затеи. Но Вилька спокойненько отмахнулась:
– Глупости какие! Не набегались еще за день. Поползали бы с мое по всем этим трущобам…
– Если надо будет, поползаем, – отрезал Петич.
Уже было ясно, что Вильку переубеждать – только время тратить. Она, конечно же, никуда возвращаться не собиралась. Ларик нерешительно потоптался на месте и спросил:
– А Остап?
– Отведи домой! – решительно скомандовал Петич. – И мне надо заскочить к себе. Через пять минут встречаемся здесь же.
И он пулей сорвался с места.
– Сумасшедший, – пожала плечами Вилька. – Пока, Ларик. До завтра.
– Угу! – буркнул Ларик уже на ходу.
Он торопился: ведь пять минут – это совсем немного.
– Иногда она такой вредной становится, – не через пять, а, наверное, через шесть или семь минут сказал Петич Ларику. Про Вильку, разумеется. – Испортили ее эти съемки. Зазналась.
Ларик пожал плечами:
– Может, просто устала? Такой день…
Вилька вовсе не казалась ему вредной. Даже наоборот: он никогда не встречал такой доброй и надежной девчонки, как она. Но не говорить же об этом Петичу. Еще на смех поднимет…
– Одно слово – девчонка! – махнул рукой Петич. – Ну что, опять побежали? Времени у нас в обрез.
– А это зачем? – Ларик на бегу показал на маленькие наушники, которые болтались у Петича на шее. – Зачем тебе плейер?
– Это не плейер. Потом объясню.
Когда шли по трубе, Ларик подумал: «Ничья. Два-два».
– Какая ничья? – оглянулся Петич.
Оказывается, Ларик не заметил, как произнес эти слова вслух. Что-то неладное творилось с ним сегодня! То казалось, что он подслушивает чужие мысли, то вот сейчас свои вслух произнес.
– Вы с Остапом свалились с этой трубы, а мы с Вилькой еще нет. Двое упали, двое – нет. Вот и получается ничья, – смущенно объяснил он.
Петич спрыгнул на берег и сразу же остановился, внимательно посмотрел на Ларика:
– Не понял! Ты в норме? Может, вернешься домой? Честно, я не обижусь.
– Ты почему так говоришь? – встревожился Ларик. – Что, я похож на ненормального?
– Да… вроде нет, – как-то неопределенно пошевелил пальцами в воздухе Петич. – Показалось. – Он призадумался, потом хмыкнул: – Действительно, ничья. Как у нас с Колобком.
Теперь уже настала Ларикова очередь удивиться:
– А при чем здесь Колобок? Какая же у нас с ним ничья?
– Ну… Пока никто из нас ничего не нашел. Ни он, ни мы. Ничья, значит.
Ларик вздохнул:
– Теперь понятно, почему я тебе показался ненормальным. Так же, как ты мне. Яснее выражаться надо. Сначала думать, что хочешь сказать, а потом говорить. А то получается абракадабра, бред сумасшедшего.
– Сумасшедших, – поправил Петич, и они одновременно расхохотались.
– Тихо! – цыкнул Петич. – Уже совсем близко. А знаешь, как звуки вечером над речкой далеко разносятся? На километры! Это мне отец рассказывал, – шепотом продолжал он на ходу. – Они охотились в истоках Нила, речка такая есть в Африке, так вот…
