Он во все глаза следил за мимикой этого хитрого человека, во все уши прислушивался ко всем оттенкам его интонаций. Вот у кого надо Вильке учиться актерскому мастерству! На гладком лице Колобка, даже на блестящей лысине – ни тени беспокойства, ни тени волнения. А ведь этот человек совсем недавно находился, можно сказать, в плену! Случайно? Вот сейчас и послушаем…
Ларик все не мог успокоиться. В голове у него просто вихрились слова. А как себя заставить замолчать – в смысле перестать думать?
«Наверное, человек совсем не в силах управлять собственными мыслями», – вздохнул он.
Кит Китыч, похоже, никак не реагировал на слова продюсера. Он просто ждал.
– Помните, Никита Никитыч, – неторопливо продолжал Колобок, – мы с вами сегодня говорили о том, что весь фильм можно снять в этой усадьбе? И барский дом имеется, и парк, и всякие бревенчатые домишки. Пожар нужен? Я договорился с лучшими специалистами. Бой с разбойниками в лесу? На днях приедут пиротехники.
Кит Китыч вежливым кашлем перебил продюсера, кивнув при этом на ребят:
– Олег Петрович, вашим спасателям не очень-то интересны все эти профессиональные дела. Расскажите им лучше, какие опасности могут подстерегать в этом парке. Ведь мы отснимем фильм и уедем, а им здесь еще жить и жить, гулять и гулять. Научите их на вашем печальном опыте, куда не следует ползать! Извините, «ползать» – это не о вас…
Колобок недовольно поморщился, будто у него зуб заболел.
«Конечно, – подумал Ларик, – собрался нам лапшу на уши вешать, а тут так перебивают!»
– «Ползать», как вы справедливо заметили, этим ребятам я вообще бы не советовал. Нигде, ни при каких обстоятельствах! Особенно в незнакомых местах. Ну вот, судите сами на моем примере. Решил пройтись вокруг парка, посмотреть, где бы можно устроить разбойничий лагерь для съемок. Забрел в какие-то трущобы. Вижу, дверь сарая открыта. Заглянул, чтобы у кого-нибудь спросить, как из этой местности выбраться, а дверь вдруг захлопывается! Вот так…
Колобок печально вздохнул и развел руками.
«Не доиграл, не доиграл! – заметил Ларик. – Как плохой актер! Совсем неубедительная выдумка. Очень уж все просто».
– Захлопнулась? – переспросила Вилька. – Вот не думала никогда, что висячий замок сам может захлопнуться. Разве он английский?
Колобок кольнул Вильку злыми глазками.
– Видишь ли, девочка, – холодно произнес он, – мне изнутри никак невозможно было увидеть, каким замком оснащена эта злополучная дверь. И, признаться, мне это было все равно. Понятно?
– Понятно, – улыбнулась Вилька. – Только меня очень удивляет, зачем вы защищаете их?
– Кого? – притворился непонимающим Колобок.
– Ну, тех людей, которые вас там заперли. Если вы так настойчиво внушаете нам, что дверь сама захлопнулась, значит, хотите, чтобы мы ничего не знали о ваших обидчиках. Странно, очень даже странно! Вы так боитесь этих людей?
– Отстань от человека, Вильк! – бросил Петич. Непонятно было, серьезно он говорит или шутит. – Может, его похитили и приказали молчать под страхом смерти.
Кит Китыч засопел, хрюкнул в усы, как настоящий кит, и так сильно заерзал на месте, что бедное кресло вот-вот должно было развалиться под ним. Значит, очень даже он заинтересовался странными обстоятельствами исчезновения продюсера!
– Признаться, – на секунду замялся Колобок, – я не обратил внимания, какой там был замок. Дверь захлопнулась, я долго не мог ее открыть. Потом она открылась, я вышел…
– Да вы же стучали! Дверь дергалась на этом замке как бешеная. Я чуть не умерла от страха, когда впервые это все увидела! – воскликнула Вилька. – И кричали, наверное. Совсем же голос сорвали.
– Любой бы кричал на моем месте, – парировал Колобок. – А вот замок – это действительно занятно, занятно… Получается, меня кто-то запер?
«Прикидывается он дурачком, что ли?» – подумал Ларик.
– Старик вас запер, – почти не разжимая губ, тихо, но отчетливо проговорил Петич.
Если бы он даже выкрикнул эти слова, они не произвели бы на Колобка такого воздействия, как сказанные тихо, но совершенно убедительно!
– С-старик? Зачем? С какой стати? – забормотал он. – Какой старик? О чем ты говоришь, мальчик?
Кит Китыч с интересом повернулся в сторону Петича.
– С каждой минутой веселее, – усмехнулся он. – Так вы, Петр, все уже знаете? Ну и расскажите нам. И правда, Олег Петрович все-таки за дверью находился. Откуда же ему знать, кто ее запер?
– Знает он все прекрасно. – Петич говорил коротко и сухо, но почему-то слегка покраснел. Наверное, оттого, что Кит Китыч обратился к нему на «вы». – Знает он все, – повторил он. – И мы знаем. Только мне интересно, кто первый об этом расскажет? Если мы, значит, Олегу Петровичу есть что скрывать.
– Вы, Петр, готовый детектив, – одобрительно буркнул Кит Китыч. – Так повернули…
Петич зарозовел еще больше.
Но Колобка голыми руками не возьмешь! Мгновенно оценив ситуацию, он оглушительно расхохотался. Правда, от этого хохота немного веяло дешевой игрой. «Ха-ха-ха!» – а никакого особенного чувства. «Ха-ха-ха!» – а сам готовит очередную порцию лапши. Которую на уши вешают.
