Морской Дьявол расправил плечи, посмотрел на Аделаиду, и широко улыбнулся будто наконец-то вынул больную занозу из себя.
— Морской Дьявол, — Аделаида тоже встала. Мужчина резко перевёл на неё свои светящиеся глаза, — Зачем он тебе? Давай мы заключим сделку и предложим то, что ты действительно хочешь? Ведь мы можем фактически всё…
— Фактически всё за мой счёт? Ну уж нет. От Макса я высосу энергию. Чистую, искристую, лучистую. Чтобы ты, Зерлида, в следующий раз знала, что если задумаешь колдовать, то будешь это делать за счет жизненных сил сына. А сделка… — мужчина подался вперёд, — Вы не сможете предложить мне то, что я готов принять в обмен, — Дьявол многозначительно посмотрел на Лакруш. Та опустила взгляд, не выдержив пожирающей душу тьмы его души.
— У него… её… нет, — всхлипывая, стала постепенно вставать на четвереньки Зерлида, — НЕТ! Понимаешь?!
— О чём она? — Морской Дьявол деловито посмотрел на Аделаиду.
Та посмотрела на Зерлиду. Зерлида на неё.
— Максимилиан отверг источник своей силы. Он отверг престол, — сухо ответила призрак.
Морской Дьявол наклонил голову в сторону и улыбнулся, смотря в красные, раздутые от высокого давления в капиллярах, глаза Пиратки.
— Видимо, это семейное: не иметь энергии, — от Дьявола так и сочился саркастичный яд, — И значит не просто так Ренесан устроил на него охоту… Значит, что меньше чем через неделю, когда коронации не случится, Максимилиан в прямом смысле “закончится”. Ведь тогда, — Морской Дьявол с превеликим удовольствием пожирал боль в глазах ведьмы, — Ведь именно в тот момент, когда престол навсегда закроется для него, он исчезнет на-все-гда. Ведь я выпью его до дна. Будто твоего сына и не существовало.
Зерлида встала и вытерла слёзы рукавом.
— Возьми меня. Возьми мою энергию. Он не причём, — сипло произнесла мать.
— Зерлида-Зерлида, как же ты не понимаешь, — Морской Дьявол начал испаряться, — Мне честно и самому Максимилиан нравится, но мне нужно, чтобы ты страдала. Ведь это
ПУФ!
Иссиня-чёрное пламя прошлось цунами по комнате и оставило двоих женщин в тотальной разрухе.
Тишина.
Аделаида в упор смотрела на подругу.
Зерлида, покачиваясь, тяжело дыша, стояла и хлопала глазами.
— Зера… — шёпотом произнесла Лакруш.
Тишина. Женщина тяжело вздохнула.
— Он прав, — выдала сквозь зубы Пиратка, — Это я и никто другой… Убила сына.
Аделаида сидела на стуле вокруг хаоса полуразрушенной лавки, поджав к своей груди ноги.
Что она здесь делает? Почему не умерла тогда в тюрьме и сейчас? Был ли это всё страшный сон, или вот так неожиданно и резко Максимилиан действительно умер? И ведь из-за чего? Из-за того, что Зерлида проводила махинации за спиной Морского Дьявола? Из-за того, что Максимилиан вынужден был заключить свою сделку с Морским Дьяволом и обменять, скорее всего, свою душу на душу Александры, которую также украла его мать? А ведь тогда было понятно, зачем они с Зерлидой “наняли” умертвий… Чтобы Грэгори и Максимилиан увлеклись поисками души девушки вместо того, чтобы плыть к Ренесану во дворец.
С какой стороны не подойди — Зерлида права. Все её действия по защите своего мальчика обернулись для него трагедией…
Хм… А Лакруш поняла то единственное, что может принять Морской Дьявол… Но только это действительно нереально. Невозможно воскресить то, что давно и без остатка растворилось в потоке времени.
Что делать дальше?
Взгляд переместился на коробку, в которой раньше лежал, как говорила Александра, “Ревомейз”. Хах! Даже и этот предмет, на который она потратила всю себя исчез… Осталась только карта.
Аделаида взяла бумагу с “лабиринтом” в руки и тихо сказала:
— Бард-Бард-Бард, во что же ты ввязался? Что же это за карта созвездий такая, раз мы не можем разгадать её годами, а единственная девушка, что вскрыла её… — Аделаида замерла. Что-то крутилось в голове, но никак не могло попасть на кончик языка. Что-то донельзя понятное, но при этом настолько большое, что они постоянно проходят мимо этого…
— Положи это, — мертвецким голосом приказала Зерлида, облокотившись на косяк двери с бутылкой рома в одной руке, и шахматами, теми самыми, в другой.
Лакруш послушно положила листок на грязный стол.
— А лучше сожги, — Зерлида, качаясь из стороны в сторону, прошла, отпинывая грязь по пути, к камину. Щёлкунла остаточной магией в пальцах, резко выхватила бумагу с таким драгоценным лабиринтом, и с силой бросила во вспыхнувший огонь в камине.
— Зера… — у Аделаиды перехватило дыхание. Что она только что наделала?! — Нельзя так! Нельзя! Мы столько…
— Плевать, — выдала она сквозь зубы, постепенно превращаясь в пьяную. Вонючую. Скотину, — Нет смысла и желания делать мир лучше…
— Но что? Что ты собираешься делать?! Вот так лежать, свесив лапки? Я не узнаю тебя, Зерлида!!! Где та бунтарка, которой ты всегда была? Где…
— Я больше ничего делать не буду, — безразлично ответила Зерлида, — Пусть хоть весь мир сгорит. Пусть его раздавят узурпаторы. Мне надоело.
