— Да ничего особенного, — радостно ответил Ваня, — просто когда уже все расходились, припёрлись Юрасик с Гришкой и мы их немножечко опустили.
— Драку что ли устроили?!!
— Это они устроили! — возмутилась Света. — Да и какая драка, мы с Ваней их побили и на этом разошлись.
— Света у нас мастер дзю-дзюцу, первый дан! — отрекомендовала мавка.
— И она у нас ведёт рукопашный бой, — добавил Ваня.
— Она у нас вообще кладезь талантов! — вставила своё слово Надя. — Ещё и танцами занималась. Видели как мы танцевали на Новый Год? Это она поставила!
Вечерком, когда Света с Надей уехали, ванины мама и бабушка собрались посудить-порядить.
— Нет! Ты посмотри какая бесстыжая! — возмущалась ванина мама. — Устроила любовь вчетвером, ещё и Ваньку в это втянула. Так она, оказывается, и правда, ещё и дерётся как мальчишка! И тоже Ваньку в это втягивает!
— А чего ты хочешь? Мажорка такая. Привыкла, что всё можно, папочка всё покроет. Нет! Помяни моё слово! Пока он в этой школе учится, толку из него не будет! И куда ты смотрела? — всплеснула руками Зоя Владимировна.
— А ты-то куда смотрела? Это у тебя он там по лесам со всякой нечистью шашни водил!
И дальше пошло обычное выяснение вселенского вопроса: Кто виноват?
Этот красивый храм стоит в переулках, потому и не шибко известен, несмотря на то, что был заложена в память очень важного для Церкви события. Даже в советское время, даже во времена самых лютых гонений на религию, его не закрывали. И лишь очень немногие знали почему: По совету некоторых, очень знающих людей, где-то за месяц до Революции сюда привезли простой деревянный ящик, верхняя створка которого представляла собой икону Спаса Нерукотворного. Очень древнюю, но хорошо сохранившуюся икону. Ящик тут же поместили в очень глубокую крипту под церковью, а икону повесили в церкви.
Крипту эту строили в большой спешке и всё равно заняло это несколько лет, а сама крипта была шедевром строительного и инженерного искусства начала XX века. И даже сейчас разрушить или хотя бы значительно повредить эту крипту мог бы только случившийся поблизости атомный взрыв.
И вот, вечером, за несколько дней до Рождества, у церковной ограды остановились два автомобиля, из недешёвых. Из второго бодро выскочил крепкий молодой человек в монашеской рясе и открыл дверцу в первой, двое других заняли позиции спереди и сзади кортежа. Из машины вышел пожилой монах с жиденькой бородкой, перекрестился на купола и направился ко входу в храм.
— Настоятель ещё не подошёл, — сообщил сопровождавший его монах.
— Я вижу, — ответил старец и возложил руки на двери храма. Замки сами собой отперлись, засовы открылись и двери распахнулись.
Когда старец вступил в храм, свечи и лампады сами собой зажглись. Сопровождавшие его монахи на всякий случай перекрестились, а сам пришедший встал перед ликом Нерукотворным, снова перекрестился и зашептал молитву. За этим его и застал прибежавший впопыхах настоятель. Этот же настоятель, как только старец закончил молитву, бухнулся на колени и испросил благословения.
— Бог с тобой, преподобный! — произнёс старый монах, осеняя его крестным знаменьем. — Но встань же, ведь я не выше тебя.
Настоятель поднялся и с почтением спросил:
— Что привело вас, уважаемый Нестор, в мой скромный храм.
— То, что тебе поручено хранить.
Сказав это Нестор протянул настоятелю небольшой листок за подписью предстоятеля и его печатью. На это местный священник склонился и указал Нестору в сторону алтаря:
— Прошу вас…
Листок с надписью «Благословляю», подписью и печатью нужен был только для представительских целей, чтобы войти в крипту достаточно было и благословения Предстоятеля церкви. Двери были зачарованы так, что открыть их моли только лишь три епископа, своим согласным решением, либо лично патриарх, либо Никон с благословения патриарха. Больше никто.
Подойдя к неприметной двери в алтарной части, настоятель храма спросил:
— Позволено ли мне…
— Благодать Всевышнего расточаема согласно Его воле не убывает от того, что нисходит на нас, смертных. И от тебя не убудет.
Сочтя это за разрешение, настоятель двинулся вниз по лестнице вслед за старцем. Они спустились по крутой лестнице довольно узким ходом на весьма приличную глубину, когда сбоку в стене обнаружилась узкая бронзовая дверь с изображением ангела. Одной рукой ангел держался за ручку двери, в другой сжимал огненный меч. Нестор взялся за ручку — ту, которую держал ангел, и дверь открылась.
