— Пани Кармелюк, — спросил я, — вы что, собираетесь таким макаром на Запад прорываться? Тут патронов на полгода ожесточенных боев… И автоматов две штуки взяли. А «КПВТ» не прихватили, случайно?
— «ПКТ» взяла, — усмехнулась Таня. — На полу лежит, с заправленной лентой. Не самая удобная машина, но, может, и пригодится.
Не очень у меня получалось пошучивать. Я начал понемногу прикидывать, во что все может вылиться. Радиотелефон Джека для прямой связи с Чудо-юдом она нашла, но заработать он и дать выход на моего доблестного родителя мог только при знании кода. Код я знал, но пока сообщать Кармеле не собирался. Женщина она непредсказуемая, лучше приберечь такой козырь до более острой ситуации.
Дожидаясь, пока такая ситуация наступит, я продолжал сидеть на заднем сиденье вездехода с пристегнутыми к потолку руками и следить за тем, как звезда ресторана «Чавэла» ловко вщелкивает патроны в автоматные магазины. Похоже, что с этим оружием она управлялась не хуже, чем с «винторезом» и «дрелью».
Кармела снарядила не менее десяти пар сдвоенных магазинов. С таким боекомплектом впору «Белый дом» штурмовать. Конечно, никто не даст гарантию, что ей удастся отстрелять хотя бы одну пару до конца, ибо всего одной пули может быть достаточно для завершения ее бурной деятельности, но в то, что у нее очень серьезные намерения, я как-то сразу поверил. Девушка изучила военное дело настоящим образом, и мне представлялось, что убить себя так просто, без жертв с другой стороны, она не позволит. Все ее миролюбивые заявления насчет того, что ей надоело убивать, столь же заслуживали доверия, как и предыдущие декларации насчет того, что ей надоело трахаться.
— Интересно, — спросил я у Тани, пока она, вытащив из-под сиденья картонные коробочки с пузатенькими «макаровскими» патрончиками, снаряжала ими магазин «ПП-90», видимо, реквизированный у покойного Джека, — вы полагаете, что на весь этот арсенал никто внимания не обратит?
— А зачем мне его показывать? — ответила эта Рэмбо женского пола. — Обойдусь как-нибудь без презентаций.
Ответ был резонный, но не слишком убедительный. Конечно, если Кармела покатит по проселкам, старательно объезжая все населенные пункты и посты ГАИ, шансов встретить людей, способных провести досмотр «уазика», будет немного. Однако любая случайная встреча с каким-либо праздношатающимся гражданином, рыбачком-грибничком, дачником, дояркой, пастухом, печником или плотником, могла бы нарушить наше инкогнито. Во-первых, дама за рулем «уазика» обязательно привлечет внимание. Бодрые шоферки из старинных советских фильмов, некогда возившие председателей по колхозным полям на таких же или подобных «козлах», давно ушли в прошлое. Дамы нынче ездят на «Вольвах», «мерсах», «Тойотах», кто победнее — на «Ладах» или «Москвичах», а большинство не ездит ни на чем. Ну а «УАЗ» — машина мужская, каждый, увидев за рулем даму, непременно заинтересуется, расскажет друзьям, знакомым, встречному участковому, а заодно может и номерок запомнить, чисто из спортивного, интереса. Во-вторых, езда по проселкам — развлечение на любителя. На картах они чаще всего толком не обозначены или обозначены, но вовсе не там, где есть на самом деле. Кроме того, далеко не везде проселки в отличном состоянии — вполне можно где-то засесть. Конечно, «УАЗ» — идеальная машина для русских дорог, но и они застревают. А уж желающих помочь даме может найтись сколько угодно. И пристрелить их потом будет как-то неудобно.
— А вы не боитесь, пани Кармела, — справился я, — что в таком шибко зафиксированном состоянии я не смогу справлять кое-какие надобности? Я ведь человек, мне и пописать может захотеться.
— Ничего, — сказала Таня, — потерпишь чуть-чуть… А вообще-то сейчас я открою тебе дверцу, передвинешься вдоль дуги, поставишь ноги вниз… Плавки спустить помогу, достать — тоже. Поливай, сколько влезет. Правда, предупреждаю заранее: попробуешь махнуть ногой — пожалеть не успеешь.
Ну, купи такую за рупь двадцать? На все вопросы ответит.
— А по-большому? — покривлялся я. — Попочку подотрете?
— Там посмотрим, — сказала она, поглядев на меня не очень дружелюбным взглядом. Я, в который уже раз, поежился и дал себе зарок не усердствовать в шуточках — могло кончиться плохо.
Она села за руль, завела машину и погнала ее прочь от «лежки», оставляя за спиной очередные восемь трупов. Все они не были элитой человечества, на всех четверых мужчинах, а может, и на бабах числились мокрые дела, но жить они хотели не меньше остальных. Вряд ли какая-то законная инстанция вынесла им смертный приговор и поручила Кармеле его исполнить. Сейчас, вооруженная до зубов, милая скрипачка могла дополнить неизвестный мне в полном объеме список своих жертв новыми именами. И моим в том числе.
