Как-то все слишком легко и просто. Ладонь нестерпимо болела — судя по всему, змейка уже стерла зубы, предупреждая меня об опасности. В голове появлялись все новые и новые образы, но лежащая на траве без чувств Катя была для меня сейчас самым важным на свете делом. Даже если помощь колдуну может повредить мне, то это не повод бросать девушку без помощи. В конце концов, в том, что она оказалась здесь на краю жизни и смерти, огромная доля моей вины.
С другой стороны, в голове по-прежнему занозой сидела мысль про неоказание помощи. Возможно, Князь всего лишь очередная проверка, и отказ от лечения действительно приведет к моей смерти. И тогда уже Кате точно никто не поможет.
Я сделал еще один маленький шаг в сторону колдуна, одновременно стараясь перебороть брезгливость и возмущения моего желудка. Колдун протянул ко мне руки, но коснуться их я уже не успел.
Сильный удар отшвырнул меня в сторону, а затем я услышал какофонию криков, рыка и вроде бы даже ударов. Я впечатался спиной в ни в чем не повинное дерево и только потом с изумлением понял, что обстановка на тропинке кардинально изменилась.
Возле Князя, держа его за руки, стояли полковник Седых и его верный оруженосец Мерзляков, а позади колдуна возилась Надежда Владимировна. Я не видел, что именно она делала, но сам факт появления этой троицы уже выглядел фантастикой.
— Геннадий, — укоризненно произнес Эдуард Алексеевич. — Ваша безалаберность меня удивляет. Вы что, действительно не понимали, что вас убивают?
— И вам доброе утро, — пробурчал я, наблюдая за тем, как целительница обматывает колдуна яркими атласными лентами. — Судя по всему, спрашивать, как вы здесь оказались, затея глупая.
— Абсолютно, — согласился полковник. — Вы были нужны колдуну, колдун был нужен нам, вот и пришлось организовать этот маленький спектакль. Другой вопрос, что не окажись мы рядом, вы, Геннадий, непременно погибли бы.
— Свежо предание, — потер я спину, опасаясь, что она вообще сломана в трех местах.
— Князь использовал старый ритуал, — подал голос Мерзкий. — Он собирал новое тело из частей убитых им людей, а целитель нужен, чтобы превратить органы в единое целое. Один нюанс — целитель умирает.
В этот момент Князь дернулся всем телом и рассмеялся ненатуральным булькающим смехом.
— А так умрет его девушка. Я играл честно и дал ему выбор, но вы все решили за него. Так что…
Колдун закашлялся, а я бросился к Кате, которая так и лежала на земле.
— Надежда Владимировна! Помогите! — закричал я, прижимая к себе девушку.
Я пытался сосредоточиться, влить в Катю хоть чуть-чуть жизненной энергии, но я не чувствовал никакого отклика. Целительница подошла к нам, но даже не попыталась ничего сделать. Она просто сжала мое плечо и негромко произнесла:
— Гена, я сожалею.
— Нет-нет-нет, — обнимал я холодеющее тело. — Так не должно быть. Это неправильно. Несправедливо. Она не должна умереть.
— Гена… — Мне что-то говорили Мерзкий и Седых, но я не разбирал слов. Я прижимал к себе Катю и не верил, что она действительно может умереть.
Это неправильно. Почему я не могу ей помочь? Почему она умерла из-за меня? Кто дал мне дар, который абсолютно бесполезен.
Резкая боль в ладони отдалась приступом боли в голове, а затем наступила темнота. Не знаю, сколько длилось забытье, но когда я открыл глаза, Кати на моих руках уже не было.
Я огляделся и понял, что абсолютно не представляю, где нахожусь. Изумрудная трава, вода сапфирового цвета и нереально голубое небо. Солнца не видно, но все-таки вокруг светло, причем настолько, что я ни на миг не усомнился в том, что сейчас день, а не другое время суток. Озеро, водопад, опушка леса — и все это расположилось буквально на квадратном сантиметре.
Так не бывает. Я во сне? Или рассудок помутился от переживаний? Я прошелся по траве и наклонился к озеру. Мне так хотелось потрогать воду. Неужели это все настоящее?
— Ну и чего же ты хочешь, Гена?
Я дернулся от неожиданности, а затем инстинктивно сделал кувырок в сторону, как будто прячась от неведомой опасности. Услышав заливистый смех, я понял, что со стороны выгляжу как минимум глупо, но что-то менять было уже поздно. Изобразил из себя клоуна — непонятно пока, правда, кому на потеху.
— Красиво! — немедленно дали оценку моим кульбитам. — Вот только к чему эти пируэты? Ты же сам меня звал!
— Кого это тебя? — спросил я, оглядываясь, и вдруг увидел юношу лет двадцати пяти, прыгающего по камням озера. От неожиданности я даже глаза протер. Ведь не было никого! Не было никакого юноши! Секунду назад еще не было, да и камней, по которым он прыгает, я не видел.
— Ну как же? — рассмеялся неизвестный. — А кто звал того, от кого сила целительства. Я бог Троян, тот, от кого люди получили способность лечить и врачевать. И почему же она бесполезная?
— Потому что, — стукнул я кулаком по траве, — моя девушка умирает, а я с суперспособностями и ничем не могу ей помочь! Разве это справедливо?
