А – это первое и изначальное
Б – это страшное и безначальное
В – это что-то ненареченное
Г – это что-то уже нареченное
и Д – это тоже уже нареченное
Е – мы назначим метвым и синим
Ж – мы назначим живым и красивым
З – это будет волны лиризма
И – будет пакостный лик имперьялизма
К – это ласковый свет коммунизма
Л – это что-то безумное личное
М – это что-то такое безличное
Н – это что-то такое нейтральное
и О – нейтральное, но астральное
но П – это уже миллионов плечи
Р – друг к другу прижатые туго
С – это стройки в небо взмечены
Т – держа и вздымая друг друга
У – это что-то воет и гнет
Ф – это что-то ломит и рвет
Х – это сердце страдает-томится
и Ц – это сердце страдает-томится
и Ч – это сердце страдает как птица
а Ш – это сердце уже оттомилось
Щ – это сердце в алмаз превратилось
Ы – это Ю подземное душное
Э – это Ю неземное воздушное
Ю – это Ю подземное ясное
Я – это ясно – Я
Что есть азбука, как не закодированный набор сакраментальных, но жгучих, извечных человеческих вопросов.
А ответ, последний и истинный, естественно, всегда один. —
Вот он!
А почему бы не спросить нам у Рубинштейна: Всякое ли искреннее изъявление есть изъявление искренности? – чтобы он нам ответил: А пошли вы на хуй!
Бывает нам также спросить у Рубинштейна Льва Семеновича: Всякий ли вопрос есть знак безысходности ситуации? – Чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Вот почему и еще раз спросим Рубинштейна: Рубинштейн, а Рубинштейн, всякая ли безысходность ситуации обозначается знаком вопроса? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Глянь-ка – Некрасов Всеволод Николаевич, почему бы намне спросить у него: Что есть норма, суть и предел человеческих проявлений? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Давайте-ка еще раз спросим Некрасова: Что есть норма, суть и предел человеческого проявления? – Чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Ежели еще раз спросить Некрасова: Всеволод Николаевич, что есть норма, суть и предел человеческого проявления? – все равно ведь ответит: А пошли вы на хуй!
Женщину, женщину почему бы не спросить нам: Что есть любовь возвышенная, неземная? – чтобы она ответила нам: А пошли вы на хуй!
Зверя, зверя почему бы не спросить нам: Что есть жизнь жаркая, дремучая? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
И гада, и гада ползучего почему бы не спросить нам: Гад, а гад, где таится премудрость страшная? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Кабакова почему бы не спросить нам: А что дальше, уважаемый маэстро? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Лучше уж Булатова Эрика Владимировича тогда бы спросить: А что дальше, уважаемый маэстро? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Милицанера, Милицанера спросить бы: А что дальше, уважаемый? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Но и Сорокина почему бы не спросить нам: Товарищ Сорокин, что есть любовь возвышенная, неземная? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Орлова почему бы не спросить нам: Что, брат Орлов, пошаливает молодёжь? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Пригова почему бы не спросить нам: Доколе? Доколе? Доколе? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Рейган, вот с кого спросить бы нам: Что же за тварь ты есть злоебучая? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
С ним бы и весь империализм, колониализм и неоколониализм призвать бы к ответу: Трепещите, гады! – чтобы они ответили нам: А пошли вы на хуй!
Так спросим же горы Африканские: Где вы, где вы, горы Африканские? – чтобы они ответили нам: А пошли вы на хуй!
У морей океанских спросим: Где вы, где вы, моря океанские? – чтобы они ответили нам: А пошли вы на хуй!
Финикию древнюю спросим: Где ты, где ты, Финикия древняя? – чтобы она ответила нам: А пошли вы на хуй!
Хайли Селасия незабвенного почему бы не спросить нам: Хайли, дорогой, всяка ли кровь невинная на нас падет? – чтобы он ответил: А пошли вы на хуй!
Цокот и топот земной спросить бы: Что вы значите порою сумеречною смутною? – чтобы они ответили: А пошли вы на хуй!
Чавканье и рявканье утробное спросить бы нам: Что вы значите порою полуночной неправедной? – чтобы они ответили: А пошли вы на хуй!
