Но при общем благополучии приходилось решать нелегкие проблемы. Подрос старший сын, и Л. О. Пастернак пишет заявление на имя директора московской 5-й гимназии с просьбой определить своего первенца в 1-й класс. За маленького Борю усиленно хлопотал друг семьи князь Голицын, и именно ему директор гимназии направляет письмо:
Ваше Сиятельство милостивый государь Владимир Михайлович!
К сожалению, ни я, ни педагогический совет не можем ничего сделать для г-на Пастернака: на 345 учащихся уже есть 10 евреев, что составляет 3 %. Сверх не можем принять ни одного еврея.
К будущему августу у нас освободится одна вакансия для евреев, и я могу обещать предоставить ее г-ну Пастернаку.
Директор сдержал слово, и через год Борис стал учеником известной в Москве гимназии. В 1911 г. Пастернаки переехали на Волхонку, и более 10 лет семья жила в большой квартире доходного дома (ныне Музей частных коллекций, филиал Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина); до 1937 г. в одной из комнат квартиры жил Борис Пастернак. Ка верхнем этаже современного музея открыта мемориальная комната семьи Пастернаков. Родственники поэта передали картины Л. О. Пастернака, предметы мебели, фотографии, одна из которых датирована 1916 г. — Леонид Осипович, Розалия Исидоровна и трое детей. На фотографии они все вместе и еще не знают, что через пять лет расстанутся навсегда.
Художник оставил нам яркие портреты своих современников и среди них — Хаима Бялика, Якова Мазе, Михаила Гершензона, Семена Ан-ского и др. В 1921 г. Л. О. Пастернак со своей семьей покинул родину. Старший сын Борис остался в Москве. Чувство причастности к судьбе еврейского народа никогда не покидало художника, и в Берлине, как бы продолжая эту значимую для него тему, он напишет эмоциональную статью «Рембрандт и еврейство в его творчестве»; в портретах евреев, написанных голландским художником, Л. O. Пастернак увидел не только прекрасные лица, но и воплощение лучших качеств своего народа. В 1924 г. художник впервые посетил Эрец-Исраэль, и впечатления от соприкосновения с национальной жизнью сказались в его поздних работах. Из нацистской Германии он уехал в Англию, где скончался в год победы над фашизмом. В отличие от отца Б. Л. Пастернак не проявлял интереса к национальной культуре, ни слова не написал о трагедии народа в годы войны; сторонник полной ассимиляции евреев, он декларирует свои убеждения в романе «Доктор Живаго» словами литературного персонажа Миши Гордона, призывающего народ отказываться от национальной традиции: «Довольно. Больше не надо, не называйтесь, как раньше, не сбивайтесь в кучу, разойдитесь. Будьте со всеми. Вы первые и лучшие христиане мира!».
Для Бориса Пастернака путь в зарубежье был немыслим; он мог жить только в России; в 1958 г., исключенный из Союза советских писателей, подвергшийся всеобщему глумлению, он более всего боялся оказаться вне родины. В письме на имя Хрущева он просил только об одном — не высылать на чужбину: «Для меня это невозможно. Я связан с Россией рождением, жизнью, работой. Я не мыслю своей судьбы отдельно и вне ее». Поэт скончался в 1960 г. в любимом им Передел-кино и похоронен на местном кладбище.
В особняке Высоцких Борис Пастернак в юные годы общался с племянником хозяина, Михаилом Осиповичем Цетлиным, впоследствии издателем и литературным критиком. М. О. Цетлин покинул Россию в 1920 г., обосновался в Париже, и его дом стал литературным клубом для русской интеллигенции; у него часто гостили Иван Бунин, Владислав Ходасевич. Цетлин как член семьи Высоцких был обеспеченным человеком и активно помогал русским писателям, познавшим нужду в эмиграции.
Он, так же как и Борис Пастернак, по своим вкусам, симпатиям, образу жизни был человеком русской культуры, но в то же время остро ощущал свою кровную и духовную причастность к еврейскому народу. Он писал:
В годы Второй мировой войны М. О. Цетлин покинул Европу и последние годы жизни провел в США.
Из Огородной слободы по Садовому кольцу направимся к Земляному валу. В 30-е годы XX в. улицу заново отстроили монументальными зданиями; на жилом доме 14/16 установлена мемориальная гранитная доска с портретом и лаконичной надписью: «В этом доме с 1938 по 1964 год жил и работал поэт Самуил Яковлевич Маршак».