В «Отечественных записках» за 1855 год приводится эпизод: «Державин, в бытность свою статс-секретарем при Екатерине II, докладывал ей раз какое-то важное дело. Государыня высказала возражение, с которым Державин не согласился. По горячности характера он до того забылся, что в пылу спора схватил императрицу за конец надетой на нее мантии. Екатерина тотчас прекратила спор.
— Кто еще там? — хладнокровно спросила она вошедшего на звон колокольчика камердинера.
— Статс-секретарь Попов, — отвечал камердинер.
— Позови его сюда.
Попов вошел.
— Побудь здесь, Василий Степанович, — сказала ему с улыбкой государыня, — а то вот этот господин много дает воли своим рукам и, пожалуй, еще прибьет меня.
Державин опомнился и бросился на колени перед императрицей.
— Ничего, — промолвила она, — продолжайте, я слушаю…».
Таким был наш замечательный поэт в зрелые годы, а в молодости — еще более дерзким и бесшабашным.
Влиятельная дама, мать гвардейского прапорщика Дмитрия Ивановича Дмитриева, подала жалобу в московскую полицию. Она писала, что Державин втянул ее сына в азартную игру и, обыграв, получил вначале вексель на триста рублей, а затем купчую на пензенское имение в пятьсот рублей. Суммы по тем временам громадные.
Сам Дмитрий Иванович на следствии подтвердил, что в 1769 году он играл с Державиным «в банк фаро на кредит», поскольку не имел при себе наличных.
Гавриил Романович на допросе заявил, что не играл с Дмитриевым. Дело приняло серьезный оборот и было направлено в Юстиц-коллегию.
Друзья советовали Державину возвращаться немедленно в свой полк, в Петербург. Но поэт проявил упрямство, решил еще раз испытать удачу за карточным столом.
Из-за разгоревшегося скандала многие в Первопрестольной отказались не только играть, но даже встречаться с ним.
Он дошел до того, что стал посещать заведения, меченные знаком «месяц над срубом колодца», где собирался только «подлый люд».
Однажды к поэту подсел старый оборванец. Некоторое время он наблюдал за игрой, потом заявил, что за штоф водки готов подарить дюжину колод, «выдержанных» в подземелье.
Державин поверил и спустился с оборванцем в лабиринт под Сретенкой.
— Не знаю, помогут ли твои «выдержанные» карты, но теперь хоть буду знать, где прятаться, если уж совсем туго придется, — заявил новому знакомому Гавриил Романович.
Не известно, как после этого шла игра у поэта, но вскоре он покинул Москву.
По дороге в Петербург Державин не унимался. Вначале нарвался на шулеров и все, что было в кошельке, спустил. А через день-другой обыграл двух помещиков и наконец вернулся в Петербург. Может быть, так все и произошло, хотя в записках Державин утверждал, что московская жизнь наскучила ему, и он «возгнушался самим собою». И, взяв у знакомого взаймы пятьдесят рублей, «бросился опрометью в сани и поскакал без оглядки в Петербург; сие было в марте месяце 1770 года».
А дело «О игрании отставным прапорщиком гвардии Дмитриевым с сержантом Державиным в карты, в запретительную указами игру» тянулось аж двенадцать лет. Поэт на этот раз вышел сухим из воды, но впереди его ожидали новые перипетии, победы и проигрыши.
Век девятнадцатый не поубавил увлечения азартными играми в России. Этой страсти были подвержены помещики и крестьяне, генералы и солдаты, профессора и гимназисты, чиновники и торговый люд.
Какой известный русский писатель XIX века не упоминал карты в своих творениях?! Среди них было немало заядлых игроков: Пушкин, Лермонтов, Достоевский, Лев Толстой, Некрасов…
Страсти разгорались на многих страницах их произведений: ведь в жизни они были азартны.
По мнению исследователей, среди простых людей карточная игра сделалась в Москве повальным увлечением, отчасти благодаря Ваньке-Каину. Всевозможными уловками вводил он в соблазн и благородных, и подлый народ, и лихих людей. Тайных игорных домов под его контролем в Первопрестольной и в Подмосковье насчитывалось более двух десятков.
С тех времен среди московских воров бытовала примета: если попадется в подземелье Москвы туз, король, валет, храни их при себе. Эта «подземельная тройка» обязательно выведет к удаче.
В начале семидесятых годов прошлого века автор этих строк познакомился с человеком, нашедшим в подвале под Сретенкой туза, короля, валета. Судя по внешнему виду, карты были изготовлены в XIX веке. Обладателю подземной тройки вначале сказочно везло в игре. Но, видимо, удача не любит долго опекать одного человека. Через какое-то время «счастливчика» обнаружили с перерезанным горлом. В зубах у него были те самые «туз, король, валет». Так с давних времен бандиты расправлялись с шулерами.
«…Родилась примерно в 1846 году в местечке Повонзски Варшавского уезда… записана на фамилию отца как Шейндля-Сура Лейбовна Соломоник…».
«…Родилась в 1859 году в семье парикмахера Штенделя… с 1863 года проживала в Одессе…».
«…Родилась в 1856 году под Одессой в семье сапожника и бывшей актрисы провинциальных театров…».
