Мы ехали из Химок в Барвиху. Я делал вид, что не замечаю националистических выпадов Панова. У меня были на то причины. Начнем с того, что я был его гостем и благодаря ему обрел пристанище; во-вторых, приходилось считаться с Хореном, а в-третьих, мне было жаль Гелу, который был для Панова чем-то вроде козла отпущения.
– Ты не мог бы жевать потише? – рявкнул вдруг Панов на Гелу, сидящего рядом с водителем.
Домой я вернулся в ужасном настроении. Не раздеваясь рухнул в постель и уснул как убитый.
Через пару часов меня разбудил звонок мобильного.
– Да, – ответил я.
– Сандрик, привет! Наконец-то я до тебя дозвонился! Ты куда пропал? Чего не звонишь?
– Сосо! Как я рад! Как твои дела?
– Если так интересно, чего не позвонил?
– Прости, дружище, никак тут не освоюсь. Признаться честно, пока всё идет шиворот-навыворот.
