Как видим, то, что задумывалось сто лет тому назад, предстоит реализовать нам в начале ХХI века. Все реальнее и конкретнее план застройки Ходынского поля, послужившего авиации, где учились летать первые российские авиаторы. Идея Центрального вокзала до сих пор не утратила актуальности. Институт Генерального плана предлагает для него место иное, чем Красная площадь, на Юго-Западе. А идея поселков вокруг Москвы претворилась в ХХ веке в районах массовой застройки. Они продолжают развиваться в Митине, Северном и Южном Бутове, Марьинском парке, Куркине...
Москва в начале ХХ века строила за год, как сказано, 200 000 квадратных метров жилой площади. Свыше 4 500 000 квадратных метров дали мы городу в 2002 году. Будет 5 000 000, непременно. Иначе не решим проблему, оставленную нам царским капитализмом и советским социализмом. Обещанных государством квартир ждут очередники начала 80-х годов. Значит, ждут почти двадцать лет! Люди все еще ютятся в коммунальных квартирах, где на каждого приходится меньше 9 квадратных метров. Не буду называть цифр квартир, которые получают москвичи взамен коммунальных. Их часто публикуют в газетах. Но очередь убывает медленно, не так быстро, как хотелось бы правительству города и очередникам. Это последняя очередь, оставленная нам советской властью, социализмом, о котором мечтал мой отец.
* * *
"Строительный бум" начала ХХ века напоминает "строительный бум" нашего времени. Его следы видны повсюду. Но мы ломаем не "домики со знаком породы", а беспородные коробки, заполнившие районы массовой застройки. И вместо них сооружаем многоэтажные корпуса. Жилым домом в 20-25 этажей никого сегодня не удивишь.
Но в центре они не поднимаются выше 8-10 этажей. В этом отношении Москва пошла по пути Рима и Парижа, где нет в пределах исторического ядра ни одного небоскреба, в то время как в Лондоне или Мадриде они сплошь и рядом. В нашем городе здания высоток, жилых башен в 30-40 этажей, растут в отдалении от центра. Они формируют силуэт новой Москвы ХХI века.
При Сталине построили семь из восьми задуманных после Победы триумфальных зданий. В подобных домах все граждане страны должны были жить при коммунизме. Они вознеслись на фоне всеобщей бедности усилиями всего государства. Как писал известный в прошлом архитектор и художник Яков Чернихов, горизонталь в зодчестве - это сила, а вертикаль - воля. Ее демонстрировали высотные здания, повторяющие силуэты башен Кремля. Высотки поднялись в столице СССР как вызов США, американским небоскребам. После смерти Сталина эти здания подверглись яростной критике. Теперь никто их не поминает злым словом. Авторов высотных домов называют великими архитекторами. Они сделали в свое время верный градостроительный ход.
С тех пор прошло полвека. В наши дни восьмую высотку в сталинском стиле под названием "Триумф-Палас" возводит "Дон-Строй". Для жилого комплекса отведено место в районе Сокола у Чапаевского парка. Таких архитектурных доминант по программе "Новое кольцо Москвы", как отмечалось выше, задумано 60. Эта программа не идет под аплодисменты, некоторые архитекторы ее подвергают жесткой критике. Дома называют "недоскребами", потому что они не достигают, как в Америке, 50-100 этажей. Пишут, что эти сооружения грозят "до неузнаваемости изменить лицо города", естественно, в худшую сторону. Утверждают даже, что их придется, как "Интурист", сносить. Но что могут испортить высокие здания там, где Москва застраивалась хаотично, непрезентабельными домами, где простиралась земля, занятая огородами.
Первую высотку нового столетия, как рассказывалось выше, заложил мэр Москвы в марте 2000 года недалеко от "Ближней дачи" Сталина у Можайского шоссе. Ей корпорация "Конти" дала название "Эдельвейс", белого цветка, растущего высоко в горах. В примыкающем к жилой башне здании - подземный гараж на 700 автомашин. Предусмотрено все для комфорта: бары, рестораны, сауны, массажные и косметические кабинеты, парикмахерская, аквапарк, спортивный зал и так далее. Ничего подобного не проектировали авторы сталинских высоток. Эта новостройка возвышается вблизи лесов и магистралей. "Эдельвейс" маячит там, где заходит солнце, на Западе.
На 30-й этаж башни Юрий Михайлович с командой поднялся в конце декабря 2002 года. В тот день он убедился: у такого высокого жилого дома есть будущее, есть желающие покупать за немалые деньги квартиры в небе. Хотя принимавший нас Тимур Темирбулатов, президент финансово-строительной компании "Конти", признался, что сам лично на такой головокружительной высоте жить не рискнет.