Израильтянам симпатизировал и сам Роже Вибо, начальник французской контрразведки, которая называлась Управлением охраны территории, соратник де Голля. Когда его люди обнаружили секретный передатчик Хаганы в районе Парижа и арестовали радистов, Вибо вмешался, и израильтян освободили.
В пятидесятых годах отношения с Францией стали прочнее.
В начале 1956 года военный атташе Израиля в Париже полковник Нишри сообщил начальнику Генерального штаба Моше Даяну, начальнику военной разведки Иешофату Харкаби и его заместителю Ювалу Нееману, что французы заинтересованы в установлении прямых связей с военной разведкой.
За несколько дней до войны 1956 года Харкаби прилетел в Париж и встретился с начальником французской Службы внешней документации и контрразведки.
Вначале разговор не клеился. Француз подозрительно посматривал на израильтянина, потому что плохо разбирался в структуре израильских спецслужб и решил, что перед ним начальник контрразведки. А у разведчиков с контрразведчиками всегда плохие отношения. Но Харкаби удалось сломать лед.
Тогда француз устроил торжественный обед в честь гостя, пригласив начальников всех отделов. Резидентом военной разведки в Париже назначили Ювала Неемана, свободно говорившего по-французски, и канал двусторонней связи заработал. Обе разведки стали обмениваться информацией — о Египте, Алжире и арабском мире в целом. Они делились даже методами работы.
Продажа оружия Израилю оказалась очень выгодной сделкой для Франции, которая неплохо на этом заработала.
Увидев, что Франция получает хорошие деньги от продажи оружия Израилю, Англия тоже согласилась продать еврейскому государству шесть ночных истребителей. И только американцы твердо придерживались эмбарго на поставки оружия воюющим ближневосточным государствам. Более того, после Синайской войны 1956 года Соединенные Штаты стали активно помогать арабским странам.
В самом Израиле не было единства относительно того, как вести дело с американцами. Даже генерал Моше Даян в середине 50-х был противником военного соглашения с США. Он считал, что это будет скорее обузой для Израиля. Пактсамериканцами лишил бы Израильсвободы действий: Израиль в случае необходимости не смог бы предпринимать акции возмездия без разрешения. И это повредило бы готовности людей сражаться за свою страну. «Сейчас если мы говорим, что пустыня Негев в опасности, то молодые люди готовы защитить ее, — считал Даян. — А если у нас будет пакт с американцами, все будут кивать на американцев: пусть они за нас сражаются».
Такие странные отношения продолжались до Шестидневной войны 1967 года, когда Соединенные Штаты однозначно поддержали Израиль. А до этого времени Израиль мог рассчитывать только на помощь Франции, которая, казалось, искренне была расположена к еврейскому государству.
Но летом 1967 года дружба с Францией закончилась. И ни Шимон Перес, ни кто-либо другой ничего не могли поделать.
Шестидневная война разозлила де Голля, который, впрочем, еще раньше решил, что тесное сотрудничество с Израилем только вредит Франции.
Правда, почти до самой Шестидневной войны Франция разрешала Израилю покупать запасные части в неограниченном количестве. Большая часть авиации, которая помогла одержать победу в Шестидневной войне, была французского производства.
Одиннадцать лет при Министерстве обороны Франции находилась постоянная военная миссия израильтян. Разведки двух стран сотрудничали еще теснее, чем военные.
За восемь месяцев до начала Шестидневной войны, 12 ноября 1966 года, израильский патруль подорвался на мине, установленной палестинскими боевиками неподалеку от границы с Иорданией. Три солдата погибли, шесть было ранено.
На следующий день израильское подразделение перешло границу, отогнало иорданских солдат и демонстративно взорвало десять домов в деревне, где базировались террористы. Кроме того, израильский истребитель сбил иорданский самолет.
Это было местью за убитых солдат.
Иорданцы сочли, что их унизили. Иорданские газеты сразу же вспомнили, что египетский президент Гамаль Абд-аль Насер обещал прийти на помощь любому арабскому государству, если оно подвергнется израильской агрессии. Иорданцы издевались над тем, что сами египтяне чувствуют себя совершенно спокойно: ведь они надежно прикрыты Ооновскими войсками, расположенными на египетско-израильской границе.
Каждая террористическая акция воспринималась в Израиле очень болезненно. Израиль страдал оттого, что сирийская артиллерия обстреливала приграничные кибуцы, стреляла по трактористам и крестьянам, но не знал, чем ответить. Израильская артиллерия не могла достать сирийские войска, расположенные на господствующих Голанских высотах.
