Книга написана в канун 100-летней черной годовщины общегражданской бойни в России. Автор попытался осмыслить понятия революций и сопряженных с ними гражданских войн, неизбежно приводящих к развалу прежней государственности.На конкретных примерах он показывает, что непременные спутники гражданских сшибок — экономический хаос, голод, холод, беспризорность порождают невероятную жестокость и приводят к военно-политическому коллапсу страны.
Революции никогда еще не облегчали бремя тирании, а лишь перекладывали его на другие плечи.
Начало XX века в Российской империи ознаменовалось несколькими знаковыми, если не сказать эпохальными, событиями — участием страны в Первой мировой войне, а затем двумя революциями, вспыхнувшими одна за другой в 1917 году. Во время Февральской революции была разрушена монархия, Николай II отстранен от царского трона и власть перешла к Временному правительству. В свою очередь «временщики» в прямом и переносном смысле были опрокинуты в результате Октябрьской революции большевиками, ликвидировавшими остатки самодержавия и провозгласившими советскую, а по существу — партийную власть.
Основные события Февральской и Октябрьской революций происходили в Петрограде, о чем уже много написано правдиво, половинчато и откровенно лицемерно. Но дело в том, что прошлое не исчезает, а продолжает жить в воспоминаниях очевидцев, мемуарных произведениях прямых участников тех событий и в результатах анализа материалов, взятых из вчерашнего опыта последующими поколениями. Поэтому ложь всесильное время раскалывает как орех.
Histora est magistra vitrac — «история наставница жизни или добрая учительница», говорили древние. Выдающийся русский историк, профессор Московского университета В. О. Ключевский в одной из своих дневниковых записей оставил остроумную заметку, что хотя некоторые и говорят о том, что история никого и ничему не научила, однако, как показала жизнь, она больше благоволит тому, кто совсем не знает истории, успокаивая его. А дальше он рассуждал так: вовсе не цветы виноваты в том, что слепой их не видит. История учит даже тех, кто у нее не учился: «Ложь в истолковании прошлого приводит к провалам в настоящем и готовит катастрофу в будущем».
История России — часть мирового исторического процесса, однако нельзя сбрасывать со счетов и особенности русского варианта пути развития человеческой цивилизации. Надежный гарант от катастроф — синтез накопленного опыта через последующий анализ прошлых достижений и провалов.
Понятно, исследователь не может писать без эмоций, без гнева, без пристрастий, но он не имеет права на обман, на искажение и утаивание истины.
В каменном веке жил homo habilis — человек умелый, его сменил эволюционным путем homo sapiens — человек разумный, придумавший в качестве смены властных режимов такие явления, как революции — обширные по географии, техногенные по смыслу политические катастрофы и их неизбежные спутницы — гражданские бойни, в результате которых проливается кровь соотечественников, когда идет братание идеи с пулей.
Непростые времена революционных событий — социальных потрясений и гражданского противостояния для политических, экономических и военных вождей революций всегда являлись своеобразным фоном, в котором они жили, сражались, радовались и красовались на живописных полотнах и скульптурах. В их честь сооружали памятники, называли улицы и города, горные вершины, им открывали музеи, а об их подвигах и победах рассказывали в школах.
Но время — это некое движущееся подобие вечности, но не выдумка смертных, как утверждают некоторые авторы. Оно подвергает тщательной редактуре и результаты революций, и биографии их вождей. Эти непростые времена для героев эпохальных событий являлись не только фоном жизни, они становились самой их жизнью.
Революции сами по себе не появляются. Они врываются в общество тогда, когда в народной массе зреет росток из зерна в виде процесса под названием «
Нередко, а правильнее было бы сказать — всегда, улучшая свой жизненный статус, вожди (в кавычках и даже без них), выходцы, как правило, из интеллигентного сословия, проблемы с тяжелыми социальными последствиями и потрясениями перекладывали на своих граждан. Что же получалось? Они, как и их элитарные предшественники, решали вопросы по-своему, за счет народа с «большой любовью» к последнему.
Когда-то великий Шекспир, говоря об участии граждан в войнах, заявил, что… не наше дело — спрашивать, почему, наше дело — действовать и умирать. За нас решают короли.
