– Теперь вам известно все, что знаю я. Когда эта катавасия закончится, я угощаю вас ужином.
– Джейк, наверное, вам следует немного отдохнуть, – сказала она вслед моей удаляющейся спине. – Кажется, далеко вы в таком состоянии не уйдете.
– Я наполовину ирландец, – обернувшись, усмехнулся я. – Если желаете взглянуть на то, что такое настоящая усталость, просто загляните ко мне в воскресенье утром.
– Сегодня как раз утро воскресенья, – откликнулась Лорен.
Вернувшись в пикап, я взглянул на часы. Было уже тридцать пять минут одиннадцатого. Я прикинул, что капитану Морго потребуется по меньшей мере полчаса, чтобы выяснить все, о чем я просил. Времени достаточно, чтобы съездить домой и проведать Стрекозу.
Возвращаясь домой, я думал обо всех тех бывших выпускниках Сент-Эндрюс, которые съехались на выходные в студенческий городок, намереваясь насладиться футбольным матчем, встретиться со старыми друзьями и посмотреть, что сталось с теми девчонками, за которыми они ухаживали на первом курсе. Теперь все они, скорее всего, сидят у себя в комнатах, моля Бога о том, чтобы ураган поскорее утих и они смогли вернуться к своей обычной жизни.
Вспомнив, как высоко поднялась вода у подножия Кампус-Хилл, я решил поехать домой кружным путем через Лафебер-Пойнт. Попетляв по холмам, откуда открывался вид на западную окраину города, эта дорога привела меня назад к той, которая проходила по берегу озера, в полумиле за моим домом.
Проезжая вдоль обрыва, я видел лишь огни больницы, которая, как студенческий городок и управление полиции Гротона, имела собственный автономный генератор на случай отключения электричества. Дождь по-прежнему не утихал. На дороге вдоль озера стояли несколько брошенных машин, последняя меньше чем в пятидесяти футах от поворота к моемудому.
Свернув на дорожку, я увидел еще одну поваленную ель. Опасно накренившись, она лежала на дубах, растущих рядом с домом, своими длинными зелеными ветвями практически закрывая тропинку, ведущую к черному входу. Я оставил машину подальше от нее.
В полумраке было видно, что вышедшее из берегов озеро разлилось до самого крыльца. Однако было слишком темно, чтобы точно увидеть уровень воды. Чтобы добраться до двери, мне пришлось отодвинуть несколько крупных еловых ветвей.
Вспомнив, что перед уходом я запер дверь, я включил фонарик, вставил ключ, отпер замок и распахнул дверь. На полу в прихожей слой воды достигал дюйма.
Я застыл на месте. Интуитивно почувствовал, что, если б Стрекоза могла ходить, она поспешила бы встретить меня. Бросив фонарик в открытую дверь, я метнулся влево.
Падая на землю, я почувствовал, что мне обожгло правый бок. Выстрел был сделан из кухни. Стрелявший использовал оружие с глушителем. Если б я не отбросил фонарик в темноту, прочь от себя, пуля, скорее всего, попала бы мне в грудь. Я на корточках отполз к дальнему углу домика.
У меня мелькнула было мысль, что на эту работу отрядили двоих. Нет. Если б убийц было двое, второй оставался бы снаружи и прикончил бы меня.
Присев на корточки в сырой траве, я постарался определить, насколько серьезна рана. Ни слабости, ни головокружения не было. Я сохранил способность двигаться. Огненный жар в левом боку сменился тупой размеренной болью.
Ощупав пальцами теплую влагу, я понял, как же мне повезло. Пуля прошла сквозь мягкие ткани выше правого бедра, не зацепив ни тазовую кость, ни нижние ребра, и вышла из спины.
Холодный дождь колотил мне по затылку, принося своеобразное облегчение. У меня перед глазами возник образ моего дяди Боба. Он сидел перед костром в охотничьем лагере с пинтой бурбона на коленях. Сильный дождь стучал по тенту нашей палатки.
– Сынок, даже не думай охотиться в дождь, – сказал мне тогда дядя Боб. – Ты ни хрена не услышишь.
Достав пистолет 45-го калибра, я передернул затвор. Держась у самой стены дома, прокрался к дальнему углу. В нескольких футах от меня воды озера ласкали кирпичный фундамент. На поверхности плавал кусок кедровой дранки длиной с фут, сорванный ураганом с крыши одного из соседних домов. Подобрав его, я подполз к первому из двух окон гостиной, медленно поднялся и заглянул поверх подоконника внутрь. В комнате стоял кромешный мрак.
Подсунув конец дранки под оконную раму, я с силой надавил вниз, и рама со стоном приподнялась на пару дюймов. Через мгновение две пули оставили звездообразные дырки в стекле, а за ними быстро последовала третья.
По размеру дырок я понял, что пули были выпущены из пистолета маленького калибра, скорее всего, 25, но не больше.32. Я быстро пробежал вдоль стены дома к другому окну гостиной, тому, что поменьше, рядом с камином. Не обращая внимания на воду, заливающуюся мне в ботинки, присел на корточки и снова приподнял раму куском дранки.
С резким дребезгом в стекле появились еще две дырки. Выждав пару секунд, я выставил дуло «Кольта» поверх подоконника и дважды выстрелил в комнату.
