Сдав назад, я остановился у тротуара. Под монотонный стук дождя по лобовому стеклу рабочие принялись распиливать дерево. Я заснул под убаюкивающее завывание цепных пил, расправляющихся со стволом…
Что-то ударило по кабине, заставив меня вернуться из небытия. «Перкодан» полностью отключил меня. Щурясь, я взглянул на часы. Я проспал около двадцати минут.
К этому времени ветер и дождь должны были бы уже утихнуть, если только ураган не остановился на месте или не замедлил свое продвижение. Однако я не увидел никаких признаков улучшения погоды. Небо по-прежнему оставалось черным. Я снова завел двигатель и, увидев, что аварийная бригада закончила работу, двинулся дальше.
Мне нужно было найти Ивлин Уитли. Согласно последней информации, которая у меня имелась, она пережидала ураган в общежитии «Тау-Эпсилон-Ро» вместе с миссис Палмер. Развернувшись, я включил фары и направился туда.
Ивлин Уитли сидела вместе с привлекательной светловолосой женщиной на кожаном диване в общем зале. Женщины смотрели на непогоду в большое окно. Увидев меня, миссис Уитли встала и повернулась ко мне.
Не сомневаюсь: мой внешний вид не внушал особого доверия к моим детективным способностям. Стоя на пороге, в грязных ботинках и мокрой ветровке, с которой капала на пол вода, я увидел, как в глазах у Ивлин Уитли вспыхнула ярость. Очевидно, мысли у нее были заняты другим.
– Я поверила вам, офицер Кантрелл, – с горечью бросила она, – а вы допустили, что Робина убили, как и моего мужа! Похоже, вы такой же некомпетентный, как и этот кретин шериф!
Я мысленно отметил, что она не упомянула в числе погибших Хойта Палмера.
– Из-за урагана агентство Окойна не смогло выслать следственную группу самолетом, – продолжала Ивлин Уитли. – Однако она прибудет сразу же, как только погода улучшится. А вам тем временем лучше вернуться к тому, чтобы выписывать штрафы за неправильную парковку и приставать к студенткам, или чем вы там еще занимаетесь.
– Вероятно, будет уже слишком поздно, – сказал я.
– Слишком поздно для чего? – выпалила она.
– Для того чтобы найти и задержать убийцу вашего мужа.
Вторая женщина так и не вставала с дивана. Лет тридцати, она была на седьмом или восьмом месяце беременности и внешне походила на уроженку Скандинавии, светловолосая и голубоглазая.
– Вы миссис Палмер? – спросил я.
Она молча кивнула.
– Я полагаю, миссис Палмер, что ваш муж является ключом к разгадке того, кто ответственен за эти смерти и почему.
– Я не… не очень хорошо говорю по-английски, – сказала она.
– Я уверен, что ваш муж жив, и, думаю, вам обеим известно, где он сейчас находится, – сказал я. – В настоящий момент у вас нет оснований верить мне, однако если б я мог прямо сейчас переговорить с ним, возможно, мне удастся найти убийцу в ближайшие несколько часов.
– Верить вам? – насмешливо воскликнула Ивлин Уитли. – Да я скорее поверю в то, что папа римский выступит в поддержку абортов!
Она до сих пор так и не потрудилась опровергнуть то, что Хойт Палмер жив.
– Я убежден в том, что этот человек собирается снова совершить убийство, – продолжал я, – и жертвой, миссис Палмер, вне всякого сомнения, станет ваш муж. И пусть вы считаете, что надежно спрятали его, – этот человек найдет его и убьет… если не сегодня, то через неделю или через месяц.
– Если честно, офицер Кантрелл, нас нисколько не интересует то, в чем вы убеждены, – сказала Ивлин Уитли. – Уходите немедленно!
Ее лицо стало твердым, что было совершенно объяснимо. Я разыграл последнюю остававшуюся у меня карту.
– Высока вероятность того, что человека, совершившего эти убийства, никогда не поймают, – сказал я. – Эти убийства были местью, и в будущем убийца вряд ли продолжит свое дело. Быть может, это наш единственный шанс схватить его и заставить заплатить за свои преступления.
– Месть? – спросила миссис Уитли. – Месть за что?
– Это нам сможет рассказать Хойт Палмер, – сказал я.
Она посмотрела на пол. Проследив за ее взглядом, я увидел струйку крови, стекающую по моим свободным водонепроницаемым брюкам. Собравшись вместе, алые капельки образовали на паркете небольшую лужицу.
– Кажется, у вас идет кровь, – произнесла Ивлин Уитли таким тоном, каким, наверное, сделала бы замечание своему дворецкому, надевшему к смокингу грязный галстук.
– У меня огнестрельное ранение, миссис Уитли.
Похоже, это также не произвело на нее особого впечатления. Мне хотелось добавить, что я не спал трое суток, что у меня болят все мышцы, что меня полоснули ножом по груди, что у меня разбиты и опухли костяшки пальцев. Вероятно, я потерял, по крайней мере, один зуб, возможно, моя собака умирает, и я только что убил человека.
– Это случилось в ходе расследования убийства моего мужа? – помолчав, спросила Ивлин Уитли.
Я молча кивнул. Ее жесткие карие глаза посмотрели мне в лицо и задержались на нем на несколько секунд. Не знаю, что заставило ее изменить свою позицию. Быть может, ей также нужно было узнать, не была ли мотивом убийства ее мужа месть, и если была, то почему. Ответа на этот вопрос я никогда не узнаю.
