Тело находилось на земле прямо перед Эйвери.
Женщина среднего возраста лежала на животе, наполовину погруженная в воду: худая, с сединой в волосах и снова голая. Ее ноги покачивались на волнах, а торс упирался в камни и грязь. Левая рука лежала в кустах, а правая покоилась рядом с телом. Никаких повреждений с первого взгляда не было видно. Волосы частично скрывали ее шею, и Эйвери показалось, что она увидела черно-синюю линию, возможно, признак удушения.
Рэнди деликатно подняла прядь волос.
– Смотри сюда, – сказала она.
Под волосами скрывалась крошечная детская красная рубашка.
– Что это? – спросила Эйвери.
– Один из многих странных предметов, найденных вокруг тела, – ответила Рэнди. – Я просто пытаюсь понять, что именно сюда принесли, а что пригнала вода. Трудно сказать. Оглянись вокруг. Пока я насчитала шесть подозрительных предметов. Может и ты найдешь что-нибудь.
Данный участок парка нельзя было назвать чистым. В кустах было полно мусора, рядом валялась пластиковая бутылка. Сконцентрировавшись только на расположении тела, Эйвери попыталась выкинуть все лишнее из головы и представить себе возможные улики, оставленные убийцей.
Она обратила внимание на золотистую булавку. Рядом лежала какая-то этикетка. Эйвери наклонилась чуть ближе и поняла, что это остатки каких-то продуктов, возможно, от арахисового масла. Также там валялась шелуха от кукурузы.
Она переместилась, чтобы лучше разглядеть части тела, которые не были видны с ее позиции. Возле частично сомкнутой в кулак левой руки жертвы Эйвери заметила смотанный браслет и колосок пшеницы.
Браслет, который явно давно не чистили, валялся в грязи под рукой женщины, будто просто упал туда. Он был серебряным, с тремя частями: крест, луна и сердце.
«
– Я также насчитала шесть предметов, – ответила она Рэнди. – Детская рубашка, золотистая булавка, кукурузная шелуха, этикетка от арахисового масла, браслет и пшеница. Ты на это обратила внимание?
– Выдайте ей золотую медаль! – рассмеялась Рэнди. – Думаю, мы можем исключить этикетку от арахисового масла, так как она явно пролежала тут довольно долго. Возможно, стоит также убрать шелуху и детскую рубашку, которая слишком уж грязная.
– Согласна, – ответила Эйвери. – Я не уверена насчет булавки. Не сходится с последним убийством. Не совсем понимаю, что здесь может делать пшеница. Зато этот смотанный браслет привлек мое внимание. На нем висит луна. Убийца может быть как-то связан с астрономией. Мы пока не уверены. Как думаешь, она носила его? Или держала в руках?
– Она явно что-то держала, – сказала Рэнди. – Он мог выпасть из руки.
– Почему бы убийце просто не надеть его на запястье?
Рэнди пожала плечами.
– А что у нас с телом? – спросила Эйвери. – Вы обнаружили его в таком положении?
– Именно в этом, – кивнула Рэнди. – Практически плавающим. Наполовину на суше, наполовину в воде.
«
– Могу я увидеть ее лицо? – спросила Эйвери.
– Конечно.
Рэнди убрала еще прядь волос.
У женщины была узкая шея, овальное лицо и довольно длинный нос. Эйвери предположила, что ей где-то от сорока до пятидесяти. Как ни странно, но женщина выглядела знакомой.
«
Без какой-либо идентификации жертвы и с малым количеством улик Эйвери пришлось согласиться с Коннелли, что это тело могло никак не относиться к основному делу. Но она все же не могла отделаться от мысли о луне на браслете и ощущения того, что она знала жертву.
Подошли Томпсон и Джонс, чтобы заняться своей работой.
Эйвери наблюдала за тем, как фотографы делают снимки тела, и как труп, наконец, вытащили из воды и упаковали в черный мешок.
Она позвонила Рамиресу. Телефон снова переключился на голосовую почту.
– Привет, – сказала она. – Где ты? Перезвони мне.
Она разозлилась. Разозлилась на то, что Рамирес игнорировал ее. На то, что у нее не было никаких зацепок. На Рэндалла, который снова направил ее в никуда.
Эйвери взглянула на часы. Было еще рано. Десять часов.
«
– Ты солгал мне, – произнесла Эйвери.
Перед ней сидел Говард Рэндалл. Он выглядел намного лучше, чем во время их прошлой встречи, будто ее последний визит как-то омолодил его.
Он приподнял брови.
