– Никто на себя ничего не берет, – ответил О’Мэлли. – Думаешь, мне это нравится? У нас и так хватает работы. Но мэр позвонил нам обоим, разве не так? У меня весь день наперекосяк, Уилл, так что не делай вид, будто я пытаюсь что-то доказать.
Эйвери и Рамирес переглянулись.
– Так что же произошло? – поинтересовалась она.
– С утра мы приняли вызов, – начал Холт и указал на яхту. – На этой лодке было найдено тело женщины, которую опознали в качестве местного продавца книг. Последние пятнадцать лет она владела религиозным книжным магазином на Самнер-стрит. Ни единого ареста, ничего подозрительного.
– Не считая того, как она была убита, – влез О’Мэлли. – Капитан Холт как раз завтракал с мэром, когда ее нашли. Мэр захотел спуститься и взглянуть на происшествие лично.
– Первым, что он сказал, было: «Нам стоит подключить к этому Эйвери Блэк», – добавил Холт, злобно глядя на Эйвери.
– Мне ты рассказал слегка иную версию, Уилл, – попытался смягчить обстановку О’Мэлли. – Ты сказал, что когда ваши ребята приехали, то не могли понять, с чем имеют дело, и только после этого мэр
– Без разницы, – прорычал Холт, высоко задрав подбородок.
– Идите, взгляните, – сказал О’Мэлли, указывая на яхту. – Может обратите внимание на что-нибудь. Если она вернется с пустыми руками, – добавил он, глядя на Холта, – мы уберемся. Так пойдет?
Холт направился к двум своим детективам.
– Те двое – из убойного отдела А7, – пояснил О’Мэлли. – Не смотрите на них. Не разговаривайте с ними. Не нарывайтесь на неприятности. Это очень тонкая политика. Просто держите рот на замке и потом расскажите мне, что обнаружили.
Как только они подошли к большой яхте, из Рамиреса буквально хлынул поток слов:
– Отличная лошадка. Выглядит как Sea Ray 58 Sedan Bridge. Двухэтажная. С флайбриджем наверху и адаптивным управлением.
Эйвери была впечатлена:
– Откуда ты все это знаешь?
– Я люблю рыбачить, – пожал он плечами. – Никогда не использовал для этих целей подобные яхты, но можно же помечтать? Когда-нибудь я прокачу тебя на своей лодке.
Эйвери никогда особо не любила море. Она могла иногда позволить себе пляж, чаще озеро, но парусники или моторные лодки далеко в океане? Это вызывало панику. Она родилась и выросла на земле. Мысль о том, что она будет подпрыгивать на волнах, слышать постоянный шум воды и представлять себе, что может скрываться под водой, напугала ее.
Когда Эйвери и Рамирес проходили мимо Холта и двух его детективов, направляясь ко входу на яхту, последние проигнорировали их. Фотограф сделал последний снимок на носу лодки и подал знак капитану. Затем он прошел вдоль правой стороны планшира и обратился к Эйвери, слегка приподняв бровь:
– После увиденного ты уже не сможешь спокойно смотреть на яхты.
На борт судна вел серебряный трап. Эйвери поднялась, оперлась ладонями о черные окна и заколебалась прямо перед входом.
Женщина средних лет с ярко-рыжими волосами была расположена в передней части судна прямо перед боковыми фонарями. Вид у нее был умиротворенный. Она лежала, чуть сгорбившись, с опущенной головой, обхватив руками колени. Если бы она находилась в вертикальном положении, можно было бы принять ее за спящую. Она была совершенно голой. На теле выделялась лишь тоненькая темная линия вокруг шеи.
«
Что выделяло жертву на фоне остальных, не считая наготы и публичной демонстрации ее смерти, так это тень, которую она отбрасывала. Солнце было на востоке. Ее тело было слегка приподнято, что производило эффект отражения ее сгорбившейся фигуры в чуть более длинную и деформированную тень.
– Твою ж мать, – прошептал Рамирес.
Будто проводя уборку дома, Эйвери легла прямо на пол и посмотрела на нос корабля. Тень была либо простым совпадением, либо явным знаком, оставленным убийцей. В таком случае, он мог оставить и другие. Она перешла с одной стороны судна на другую.
В ярких лучах солнца на белоснежной поверхности носовой части судна Эйвери заметила звезду. Она располагалась прямо над головой жертвы, между ее телом и тенью. Кто-то нарисовал ее пальцем, используя то ли слюну, то ли морскую воду.
– Что говорят судмедэксперты? – крикнул Рамирес О’Мэлли.
– На теле было обнаружено несколько волосков. Возможно от ковра. Другая команда все еще осматривает квартиру.
– Какую еще квартиру?
– Квартиру жертвы, – ответил О’Мэлли. – Мы предполагаем, что ее похитили именно там. Ни единого отпечатка. Скорее всего, парень был в перчатках. Остается неясно, как он перенес ее в такое людное место и остался незаметен. Пока лишь известно, что он заранее затемнил несколько камер в гавани. Судя по всему, это было сделано непосредственно перед убийством, которое, по всей видимости, произошло вчера. Над телом, кажется, не надругались, но пока еще ждем выводов коронера.
Холт рассмеялся.
