Рамирес всегда считал, что умеет распознавать ложь. Похоже, арестованный не врал, но не мог же майор плясать под его дудку. Времени для выбора уже не оставалось.
Алан остановился и повернулся в сторону, в которой предположительно должен был находиться Эдванс. Его силуэт нечетко отслеживался ярдах в двадцати к востоку.
— Это действительно сложно, майор, — сказал он. — Но если вы не хотите верить, даже под угрозой потерять своего сержанта, тогда спасать его придется мне.
— Не хватало еще, чтобы вы подумали, что я сам змею туда подложил, — опять прочитав мысли майора, он резко поднял обе руки перед собой. Тело его изогнулось, и посох, молниеносно оказавшийся в руках, засиял оранжевым светом.
Майора ослепила белая вспышка, и как будто бы заряд неизвестной энергии полетел в сторону Эдванса. Джунгли прямо перед ним взорвались тонкой сплошной линией. Сержант упал навзничь. Сразу же раздались выстрелы. На лицо Рамиреса брызнуло несколько теплых капель. Загадочный путник продолжал двигаться с невероятной быстротой. Он как будто рисовал в воздухе замысловатые надписи, невероятно быстро двигая посохом и всем своим телом.
Выстрелы прекратились. До сознания майора какое-то время доносились только отдаленные звуки осечек.
Левое плечо и правая нога Алана были окровавлены. Ему пришлось присесть, а потом и лечь на землю, но лег он тоже необычно — он лежал, как бы обнимая землю. Рамирес вспомнил этот прием, который он еще в детстве узнал от одного шамана.
Несколько солдат подбежали ближе и бросились к арестованному.
— Отставить! — закричал майор и предупреждающе выстрелил в воздух из пистолета.
— Он убил Эдванса!
— Я сказал «отставить»!! — проорал Рамирес опять. — Нам нужно доставить его живым.
— Я в порядке! — прокричал Эдванс, приближаясь к основной группе. Он был невредим, только выглядел слегка бледным и взъерошенным. — Разрешите доложить господин майор, — сказал он, подойдя ближе.
— Докладывайте.
— Но вам необходимо обязательно пройти со мной, сэр.
— Зачем, сержант?! Доложите сначала, что произошло!
— Вы должны это увидеть, сэр. Это… это... — Сержант был опытным бойцом и повидал многое, но такого выражения на его лице Рамирес еще не видел никогда.
Майор указал жестами остальным охранять Алана и двинулся за Эдвансом.
Еще не дойдя до места происшествия, он увидел квадратную ледяную стену толщиной в три дюйма и шириной в добрый ярд.
— Пойдемте, сэр, — сказал Эдванс, — самое удивительное — это даже не стена.
Когда они подошли еще ближе, майор заметил, что в толстую ледяную полосу вмерзла змея с открытой пастью. Она вмерзла в стену дважды. Ее хвост был на стороне Эдванса, почти все тело судорожно извивалось за ней, а голова была полностью вморожена в толщу льда.
На майора смотрели изумленные глаза мамбы, а на поверхности торчали только страшные зубы в открытой для укуса черной пасти. Лед уже успел подтаять и покрылся тонкой водяной пленкой.
— Моментальная заморозка! — медленно, с трудом выговаривая каждый звук, произнес он. По его спине прокатилась волна озноба.
Еще несколько мгновений ему понадобилось для того, чтобы взять себя в руки. Он развернулся и направился туда, где остался лежать путник.
Придя на место, он жестом отослал всех бойцов на приличное расстояние, чтобы они не могли его слышать. Они рассредоточились полукругом и опять взяли путника в прицел автоматов.
— Как ты это сделал? — полушепотом спросил он, присев на корточки.
— Не тот вопрос, майор, — задумчиво произнес Алан, внимательно рассматривая свою ногу.
Было видно, что он опять колдует, мудрит над своей открытой огнестрельной раной.
Майору не пришлось долго думать. Он и без Алана знал, что нужный вопрос уже давно пробивает себе дорогу в его сознании.
— Ты спас его! Зачем? — Голос Рамиреса дрогнул, в нем чувствовалась смесь разочарования, боли и восхищения.
— Кто-то из нас должен был сделать это, — спокойно ответил путник, внимательно посмотрев на Рамиреса.
У майора помутилось в глазах: он мгновенно вспомнил всех своих людей, которых потерял за долгие годы службы.
— Если это тебя успокоит: ты выбрал выполнение задания, но это был не твой выбор. Всего лишь выполнение устава, который уже почти заменил тебе разум. — Алан добил его своей прямотой.
— Да что ты знаешь?! — вскинулся майор. Бойцы занервничали, и ему пришлось сразу же сделать жест «Ок» и успокоиться самому.
Алан приподнялся, сел поудобнее и стал аккуратно раздвигать складки на правой штанине. Можно было заметить, что кровотечение из этой огромной раны уже каким-то чудом остановлено.
— Я о том, что ты необычный человек, Диего. Не пора ли тебе заняться действительно настоящим делом? — спокойно продолжал он. — Бегать по лесам и выполнять непонятные приказы — это уже не твое. Неужели ты это еще не чувствуешь?
— Перевербовать пытаешься?
— Освободить... — Их глаза встретились. — Естественно, твоя свобода будет мне тоже выгодна, потому что ты, скорее всего, станешь моим хорошим другом. Во всяком случае, я на это надеюсь.
— От чего освободить?
— Ты ведь уже сам это понял.
