— Что ты знаешь об инциденте, который привёл к смерти твоего отца и брата? — спрашивает Уэстон, заставая меня врасплох и заставляя очень нелюбезно откинуться на спинку.
— Что? — шепчу я, чувствуя, как у меня сдавливает горло от воспоминаний о потере близких.
Уэстон садится передо мной на корточки.
— Я ни о чём не знал, пока ты не рассказала. Я изучил дело и не уверен, что это был несчастный случай.
— Они… они говорят, что он, должно быть, увидел что-то на дороге или потерял управление после наезда на бордюр… на дороге не было следов, указывающих на то, что в этом замешан кто-то ещё. Что ты пытаешься сказать?
— Мы отправились на место аварии, узнав всю информацию из рапорта. Затем мы отправились на свалку, куда был отбуксирован внедорожник. Ты знаешь, был ли повреждён внедорожник до аварии? Отец, брат или ещё кто-то попадал в мелкое ДТП?
Уставшим разумом я пытаюсь обработать поток информации.
— Отец был помешан на внедорожниках клиники. Все три одинакового цвета, каждый в отличном состоянии. Если на одном окажется хотя бы пятнышко грязи, нужно его отмыть, независимо от времени суток.
— Я так и думал. Веская причина думать, что в деле замешана другая машина. На боку внедорожника была синяя краска. — Уэстон приковывает меня взглядом и добавляет: — Ты можешь вспомнить кого-нибудь, кто хотел причинить ему вред?
Я качаю головой.
— Нет. Насколько я знаю, нет. Его любили все клиенты. У него нет проблем с деньгами или других вопросов, которые могли бы привести к тому, что кто-то захочет причинить ему вред.
— Могу я спросить, из-за чего вся эта история с Трикси? — спрашивает Уэстон.
Я хмурюсь и спрашиваю:
— А причём тут Трикси?
— Мы считаем, что она может быть причастна. — Я поворачиваю голову к Декеру, который только что сказал безумные слова.
Это сумасшествие. Они сказали, что произошёл несчастный случай. Почему эти ребята вдруг говорят обратное? Почему думают, что Трикси замешана?
— Я бы хотела, чтобы вы сейчас ушли, — спокойно заявляю я и встаю с кресла, заставляя Уэстона отступить.
— В чём дело? — Декер остаётся на месте и засовывает большие пальцы в карман джинсов, будто устраивается удобнее. — Испугалась? У этой сучки есть на тебя что-то, о чём мы не знаем? Или это ты виновна? Да, управлять клиникой в одиночку приятно, без папочки, который тебя сдерживает.
Через мгновение я оказываюсь перед этим мудаком и изо всех сил бью его в грудь руками.
— Ты мудак. Как смеешь? Нет, я не причастна. И эта сука Трикси тоже. В машине должна была ехать я, ясно? Я должна была быть за рулём того внедорожника. Но я споткнулась о сумку, и отец приказал мне приложить лёд к лодыжке, пока они с братом поедут.
Декер хватает меня за запястья, чтобы я больше не била его. Я начинаю сопротивляться, но меня обнимают за талию сильной рукой и прижимают к твёрдой груди.
В груди раздаётся гул, прежде чем я слышу голос Уэстона:
— Отпусти её, Декер.
Мне противно, что теряю контроль. Я никогда не теряю контроль, даже когда сталкиваюсь с чем-то невозможным, но я чертовски устала, раздражена, и у меня был действительно дерьмовый день. А теперь это.
Декер отпускает мои запястья, и я разворачиваюсь лицом к Уэстону.
— Почему ты так уверена, что Трикси не замешана? Она явно тебя ненавидит.
— Отпусти, — рычу я сквозь стиснутые зубы. Мне надоела вся эта ситуация. Он мгновенно отпускает меня, и я отвечаю на его вопрос. — Она ненавидит меня с тех пор, как её парень порвал с ней и пригласил меня на свидание. Но я знаю, что Трикси не причастна, потому что она была здесь примерно во время аварии. Прямо здесь, чтобы потребовать дурацкую футболку, которую, как она думала, должна была купить она, а не я. — Я подкрадываюсь к шкафу, который стоит у стены возле двери. Именно туда я бросила пакет с футболкой, когда чуть не сломала шею. Я хватаю пакет и прижимаю его к груди Уинстона. — Держи. Поскольку она твоя подружка, можешь отдать ей и сказать, чтобы она оставила меня в покое. А теперь убирайтесь к чёрту из моего дома. Вы оба.
— Не думаю, что её похищение войдёт в книги, как одна из твоих самых ярких идей, — говорит Декер и посмеивается, прежде чем оглянуться через плечо на заднее сиденье, где Харлин метает в нас молнии ярко-голубыми глазами.
— Если у тебя есть план лучше, я весь во внимании, — огрызаюсь я, не отрывая глаз от дороги, пока возвращаюсь на ранчо.
— Ропер отвлекает её подругу. Ему нужно знать, что происходит. Красавчик тоже живёт там? Предполагаю, что они вскоре обнаружат её пропажу.
— Знаю, — ворчу я, раздражённый словами Декера. — Но как мог сдержаться, когда узнал, что кто-то хотел её смерти, а вместо этого умудрился убить её отца и брата. Одно лишь объяснение — мне нужно, чтобы она оставалась в безопасности, а мы смогли выяснить, что, чёрт возьми, происходит. Понимаю, я не продумал всё до конца, но это всё, что у меня есть.
