Мотылек полностью

Контора поверенного была весьма убога, одна из шести, выходивших в общий коридор. Его поразила непрезентабельность кабинета. Роберт предполагал увидеть толстые ковры и плюшевую мебель. Он сидел на стуле с сиденьем из конских волос, которые были набиты невесть когда и начали вылезать. Алиса сидела на таком же. Поверенный, мистер Перрин, восседал за письменным столом в черном кресле, его синий саржевый костюм был в тон пролысинам на его кожаном кресле. Прежде чем приступить к делу, он по очереди осмотрел каждого из них и наконец произнес:

— Покойный мистер Брэдли предпочел составить завещание сам, но оно исключительно просто, проще не бывает, и правильно оформлено подписями свидетелей. Все, что мне оставалось сделать, это дописать несколько строк о том, что он назначает меня своим поверенным. Я вам прочту это завещание.

«Я, Джон Джеймс Брэдли, из Элмден-Хауза, неподалеку от Лэмсли в графстве Дарем, заявляю в здравом уме, что из своего состояния завещаю сумму в одну тысячу фунтов моей жене Алисе Каролине Брэдли и пятьдесят фунтов Тимоти Ярроу при условии, что он работает на меня на момент моей смерти. Моему племяннику Роберту Брэдли я завещаю всю остальную собственность, а именно: мой дом, землю и бизнес, мебель и прочее имущество в моем доме, после оплаты всех имеющихся неоплаченных долгов все деньги в банке и инвестициях, которые составляют примерно четыре тысячи фунтов, при условии, что он разрешает моей жене до конца своих дней проживать в доме, где она будет получать бесплатное питание. В случае, если мой племянник решит выбрать дом местом своего жительства, умоляю его простить мои злодеяния, совершенные в отношении его, как, я надеюсь, простит их Творец. Подписано на семнадцатый день марта одна тысяча девятьсот четырнадцатого года.

Джон Джеймс Брэдли».

Алиса ласково смотрела на него, но он не ответил улыбкой. Он замотал головой и запротестовал.

— Нет! Нет! Это неправильно. Неправильно.

Она положила руку ему на колено и решительно потрясла:

— Так он пожелал. Сразу, как пришел в себя после простуды, он сказал, что хочет это сделать, и я согласилась. Благодаря этому он умер умиротворенным.

— Но как я могу? Я ничего такого не сделал. Это работа всей его жизни. Тетушка, — он наклонился к ней, — все это принадлежит вам, все. Если бы была жива Кэрри, это было бы ее. Нет. Нет. — И он снова замотал головой.

— Боюсь, вы тут ничего не можете переменить, сэр, — вмешался поверенный. — Собственность и деньги ваши. Можете выбросить их, если захотите, но в настоящий момент положение дел таково, что вы являетесь собственником дома, бизнеса и значительной суммы денег. Как говаривали в старину, дареному коню в зубы не смотрят...

— Вы не понимаете...

— Вы не поверите, как я все это понимаю, и в данный момент я понимаю так, что вы считаете себя недостойным принять завещанную вам собственность и деньги, но могу вас заверить, это пройдет. Вы не первый, я таких случаев повидал на своем веку множество, хотя и не при столь мирных обстоятельствах, когда другие стороны благоприятно воспринимают условия завещания и доброжелательно относятся к тому, кто получил его. — Поверенный взглянул на Алису и продолжил: — Вы, мадам, с самого начала выразили полное согласие с пожеланиями вашего мужа и теперь, когда они стали свершившимся фактом, вы все еще выражаете полное согласие. Правильно?

— О, да-да, я полностью удовлетворена.

— В таком случае мы все удовлетворены или должны быть удовлетворены. — Он поднялся из-за стола, они тоже встали, обменялись с ним рукопожатием, и мистер Перрин, снова обратившись к Роберту, сказал: — В случае, если вам потребуется моя консультация или совет относительно акций или каких-либо иных дел, милости просим, я в вашем распоряжении. У вашей тети имеется копия завещания, здесь в сейфе хранятся документы на право владения собственностью и прилегающей к ней землей. До свидания, желаю вам счастья в вашем новом имении.