В повседневной жизни нас обычно не просят решать логические задачи, но часто просят высказать суждение о людях, которых мы не очень хорошо знаем. Лауреат Нобелевской премии, израильско-американский психолог Даниэль Канеман и его коллега Амос Тверски, используя интересный прием, показали, что логическими эти суждения не являются. Так, они начинали эксперимент с рассказа о Линде: «Линде 31 год. Это искренняя, незамужняя и очень яркая женщина. Специализация Линды – философия. В университете ее тревожила проблема дискриминации и социальной несправедливости, а также она участвовала в демонстрациях против использования атомной энергии». После этого участников просили выбрать фразу из тщательно составленного списка, наиболее полно описывающего Линду. Большинство людей полагало, что Линда скорее «банковский служащий, активно участвующий в феминистском движении» (ответ А), нежели «банковский служащий» (ответ Б). Выбор ответа А интуитивно кажется ближе, поскольку отражает другие черты Линды – заботу о социальной справедливости, что и дает повод полагать, что она могла активно участвовать в феминистском движении. Однако это неверный ответ, поскольку любой, кому подходит описание под пунктом А – «банковский служащий, активно участвующий в феминистском движении», также является и «банковским служащим» (ответ Б). И, несомненно, группа Б включает в себя других банковских служащих – реакционеров и индифферентных.
В подобных случаях даже искушенные участники – такие, как выпускники факультета статистики, совершали ошибку, делая вывод, противоречащий логике. Эта сильная тенденция – относить группу взаимосвязанных характеристик к человеку без особых на то предпосылок – и является кратким способом оценки, который обычно оказывается верным, но может стать и причиной появления многих стереотипов и предвзятого отношения, столь распространенных в обществе.
Еще хуже то, что многочисленные истории, которые мы сами себе рассказываем, вовсе не отражают действительного положения дел. Знаменитое исследование пациентов с нарушениями работы головного мозга демонстрирует это предположение. У пациентов, страдавших тяжелой формой эпилепсии, хирургическим путем разъединили правое и левое полушарие коры головного мозга для предотвращения распространения пароксизма с одного полушария на другое. В результате левое полушарие понятие не имело о том, что делает правое, и наоборот.
В одном эксперименте участвовал уникальный больной С.П. с «расщепленным мозгом». Его правому и левому полушариям одновременно предъявлялись различные картинки. Делается это так. Больной сидит перед тахистоскопом – прибором, который позволяет исследователю точно контролировать время, в течение которого изображение проецируется на экран. Изображение удерживается недолго, примерно в течение 0,1–0,2 с (100–200 мс), чтобы у больного не было времени переместить взгляд с точки фиксации, пока изображение еще на экране. Эта процедура необходима для уверенности в том, что зрительная информация изначально предъявляется только одному полушарию. Так левому полушарию мозга С.П., где располагается центр речи, сначала проецировалось изображение куриной лапы, а потом правому, которые не отвечает за речь, – зимний дворик с неубранным снегом.
Потом перед больным раскладывали много других разных картинок и просили его отобрать левой и правой рукой те, которые ему были показаны на экране. Он решил эту задачу неожиданно. Левой рукой выбрал «цыпленка», а правой – «лопату». На вопрос: «Почему он это сделал?», ответил так: «Я видел лапу и выбрал цыпленка, а вы должны вычистить курятник лопатой».
Анализируя эти данные, ученые пришли к заключению, что вербальные (словесные) механизмы не всегда посвящены в знание источника наших действий и могут приписывать действиям причину, которой на самом деле не существует. Поэтому в большинстве случаев люди и дают интуитивные ответы, даже если они и ошибочны. Как уже упоминалось выше, это называется «слепотой к изменению». Эту слепоту ярко демонстрируют два известных эксперимента.
В одном из них психолог подходит на улице к разным людям и просит объяснить ему дорогу. Пока психолог говорит, его помощники держат между собеседниками большую дверь, нарочно не давая им возможности видеть друг друга. Во время разговора за этой дверью психолога, который спрашивал про направление, сменяет его коллега, который продолжает разговор как ни в чем не бывало. Даже если этот человек совсем не похож на первого подошедшего, дающие разъяснения люди заметят подмену только в 50 % случаев.
