Может быть, однажды полностью

Думаю, если мы снова встретимся, то, скорее всего, и не узнаем друг друга. Расстались мы совсем детьми. Тогда мы только нащупывали наш путь. Не представляю, что случилось с тобой, но искренне надеюсь, что у тебя все хорошо – ты замужем, у вас куча детей и ты счастлива.

Со мной тоже немало произошло, я сильно изменился. Я уже не тот Джо, и ты, наверное, не та Джесс. Я никого не любил так, как тебя, – но от прежнего Джо во мне ничего не осталось. Не увидев того, что видел я, не испытав того, через что я прошел, тебе меня никогда не понять. Как ты сможешь любить мужчину, которым я стал, если не знаешь, как я стал таким?

Хотел бы я показать тебе прошедшие годы, вершины и падения, которые так меня изменили. Но я не могу и не смогу никогда.

И вот я решил попрощаться с тобой и пожелать тебе всего самого прекрасного, что есть в этом мире, и сказать, что со мной все в порядке. Я выжил.

Я сейчас укладываю вещи, ухожу в новую жизнь, но все же решил отправить тебе последний подарок. С этим письмом ты получишь несколько коротких записок. Твоя жизнь для меня – тайна, но если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, то буду рядом с тобой единственным доступным мне способом. Каждый конверт подписан – открой их по мере необходимости. Надеюсь, некоторые из них тебе не пригодятся – но раз уж это мое самое последнее «прощай!», то пусть оно будет не бесполезным.

Утром я проснулась в окружении крошечных, аккуратно подписанных конвертов – маленьких жемчужин мудрости от Джо. С письмом их пришла целая пачка. Он черпал вдохновение в «Алисе в Стране чудес», и на каждом квадратике была короткая инструкция: «Прочти меня, когда грустно», «Прочти меня, когда одиноко» и другие в том же духе. Крошечный путеводитель по жизни, пришедший ко мне из другого мира, из мира любви, которую я считала умершей и похороненной.

Хочется прочесть все записки сразу, потому что все описанные на конвертах чувства накатывают на меня одновременно, но я сдерживаюсь. Нет, буду читать их по очереди, экономить, как апельсины во время войны.

Невероятно, но первое, что я увидела, разлепив опухшие веки после нескольких часов мучительного сна, был бледно-голубой конверт с надписью: «Прочти меня, когда потребуется храбрость».

Сегодня утром мне явно не хватает храбрости. Я ужасно устала, злюсь и расстроена, а в глубине души мне хочется сдаться и все бросить. Сделать вид, что ничего не случилось, и пусть жизнь идет своим чередом, безмятежно и по нисходящей спирали. Едва проснувшись, я заставила себя набрать номер телефона, который Джо нацарапал в письме. И чуть ли не с облегчением вздохнула, когда на том конце никто не ответил, даже гудков не послышалось – а что бы я сделала, если бы он ответил? Или если бы услышала автоответчик? Трудновато было бы оставить сообщение. В ужасе от собственной трусости, борясь с искушением не сбежать с этого поля битвы воспоминаний, я беру бледно-голубой конверт с призывом «Будь храброй» с собой в школу, где работаю.

И вот я в фойе, в окружении восьмилеток в костюмах медуз. Повсюду развеваются шифоновые накидки и длинные ленты.

Кто-то плачет – мама одной из учениц неправильно поняла задание и отправила с дочкой в школу оранжевое желе в форме медузы на выкрашенной синим тарелке – как будто в море. Учительница, едва сдерживая смех, успокаивает девочку.

В большом зале по соседству, где проводятся общие собрания и уроки физкультуры, пахнет лаком для дерева и клеем – там собрались младшеклассники в акульих масках и с картонными плавниками и донельзя скучающие выпускники начальной школы в костюмах моряков.