Телерепортер криминальной хроники Эллен Тамм решает временно отдохнуть от работы и уезжает из шумного Стокгольма в дом своих родителей, в Эрелу. Однако и в семейном гнезде она не находит покоя: ее преследуют болезненные воспоминания, связанные с этим местом. Произошедшее в окрестностях загадочное убийство заставляет Эллен отвлечься от собственных проблем, и она рьяно берется за расследование. О жертве, Лив Линд, почти ничего не известно, очевидно лишь то, что она не пользовалась расположением местных и полиция не заинтересована в поиске убийцы. Эллен приходится в одиночку восстанавливать картину жизни убитой женщины. И чем сильнее она погружается в прошлое Лив, тем отчетливее проступает страшная правда о настоящем. Идиллия маленького городка оказывается иллюзией, скрывающей мрачные тайны его жителей…
Heine Bakkeid
LIV
© Mikaela Bley 2016
© Колесова Ю.В., перевод, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021
Мысли неслись с той же скоростью, с какой Эллен проезжала бескрайние поля, дремучие леса и крошечные поселки. Свернув на национальную трассу 52, она опустила боковое стекло. Гул ветра в ушах немного заглушил тоску.
Прошедшая неделя выдалась хуже некуда.
Строго говоря, ей не следовало садиться за руль. Она совершенно измотанная, вялая и хочет одного — спать. От лекарств ей трудно сосредоточиться и четко мыслить. Чтобы не заснуть, она жевала жвачку, включила радио, тут же выключила и снова включила. Через некоторое время выбрала другую станцию, сделала звук погромче, потише. Словно это могло помочь. Нервозность ощущалась во всем теле.
Все вышло совсем не так, как она предполагала.
Солнце жарило нещадно, над асфальтом висело горячее марево. Эллен поправила солнечные очки.
Лето она провела в постели — в компании дождя, барабанившего по крыше. Сделав в конце мая репортаж о пропаже Люкке, она почти не выходила за дверь, отгородившись от всего остального мира.
Стояло такое лето, когда лета, собственно, и нет. Ему предшествовала холодная и дождливая весна. И только когда наступил август, пришло долгожданное тепло. И именно тогда — когда вода ярко блестела у моста Шеппсбрун, когда чайки кричали, а радостные туристы ели мороженое и веселились так, что их смех доносился до ее спальни, — все вдруг перевернулось с ног на голову. Словно она висела под потолком, глядя оттуда на саму себя. Она махала руками, кричала, пытаясь повернуться, стать прежней, — но не узнавала себя. Как будто стала кем-то другим — или вовсе перестала существовать.
Если бы не Филипп… Страшно даже подумать, что могло бы произойти, не будь у него ключей от ее квартиры, — если бы он не пришел и не отправил ее в больницу.
Филипп все лето работал гримером на съемках сериала «Отель Парадайз». Он заволновался, что Эллен не отвечает на телефон. Вернувшись в Стокгольм, отправился прямиком к ней домой и увидел, как плачевно обстоят дела.
Филипп знал ее лучше, чем кто-либо другой. Они дружили еще со школы. Обоих отправили в престижную школу-интернат Лундберга против их воли. Эллен — потому что родители давно мечтали отделаться от нее, а Филиппа — потом что он был гей, и это совершенно не вписывалось в картину семьи аф Лестеров. А теперь они стали коллегами на телеканале «ТВ-4».
Проведя сутки в больнице святого Йорана, Эллен отправилась домой на больничный — ей предписали продолжать лечение, при необходимости принимая лекарства. Поскольку она проживала одна, ей рекомендовалось в ближайшее время пожить с кем-то, кто мог бы за ней присматривать.
Филипп остался с ней на несколько дней, но когда ему надо было уезжать на очередные съемки в шхерах, договорился с родителями Эллен, что она поедет домой в Эрелу, чтобы мама присматривала и заботилась о ней — хотя Эллен уже исполнилось тридцать пять.
Датчик расхода топлива противно запищал, дисплей показал минимальный уровень горючего. В крошечном поселке Стентуна Эллен остановилась, чтобы заправиться.
Ее обдало жаром, едва она вылезла из машины. Подкралось легкое чувство тошноты.
