— Это был несчастный случай, Эллен. Драка между сестрами, которая зашла слишком далеко. Нам не следовало оставлять вас одних.
Эллен подошла и взяла в руки кулон на разорванной цепочке.
— В каком смысле — зашла слишком далеко? Что ты пытаешься мне сказать? Что это я…?
Она потрясла головой и сжала кулон в ладони.
— Что я убила Эльзу?
Она часто задышала.
— Я знаю, что мне следовало немедленно сообщить вам о ее исчезновении…
По поводу гибели сестры Эллен всегда испытывала чувство вины. Если бы она рассказала кому-нибудь о том, что Эльза исчезла, — возможно, ее нашли бы вовремя, но чтобы она своими руками убила сестру? Она пыталась сохранить спокойствие, однако это было непросто.
— Не желаю слушать, — медленно произнесла она и направилась к двери.
— Ты останешься здесь. — Маргарета решительно поднялась с кресла. — И выслушаешь меня до конца.
Эллен обернулась и увидела грустные глаза матери. Ноги подогнулись.
— Мы искали. Ее не оказалось там, где, как ты сказала, вы были.
— Пожалуйста…
— Я пыталась, поверь мне — пыталась отогнать мысли о том, как все это могло произойти. Для тебя вся жизнь была борьбой за власть, ты всегда завидовала Эльзе, а темперамент у тебя был взрывной — мы не могли обуздать тебя. Видимо, одна из твоих вспышек ярости зашла слишком далеко. После них ты иногда сама не помнила, что натворила.
Пол поплыл у Эллен из-под ног.
— Неужели ты ничего не помнишь?
— Но мама, тебя же там не было!
— Зато Дидрик был.
— Дидрик? А он-то какое ко всему этому имеет отношение?
— Он видел, как вы ссорились — и как ты затянула Эльзу под воду. Он слышал, как вы кричали — и как потом наступила тишина. Он видел, как ты поднималась по берегу прочь от пляжа. Это была игра, вышедшая из-под контроля. Ужасающий несчастный случай.
— Но почему тогда Дидрик не рассказал обо всем в полиции? Зачем солгал про птиц и…
— Потому что понял, чем обернулась бы для тебя правда. Он обожает тебя, и так было всегда. Никто не желал тебе зла. Так ужасно, что мы потеряли Эльзу, — но мы не хотели потерять и тебя тоже, ты не смогла бы пережить правду. Все это делалось ради тебя.
— Я смотрю, вы все больные на голову! — выкрикнула Эллен. Внезапно она вспомнила рассказ Челя о том, что что-то не сходилось — кто-то лгал. — Поэтому ты одурманивала меня лекарствами? Чель все мне рассказал.
Маргарета кивнула.
Эллен ощутила, как закололо в кончиках пальцев. Она принялась рыться в сумочке в поисках успокоительных таблеток. Нашла, достала две и проглотила их без воды.
— Не прикасайся ко мне, — проговорила она, когда Маргарета попыталась взять ее за руку. — Не понимаю, как?
— Когда в ту ночь мы вернулись домой и обнаружили, что Эльзы нет в ее кровати, я разбудила тебя — ты что-то бессвязно бормотала и плакала, и в конце концов рассказала нам, что произошло. Мы побежали вниз к воде, но Эльзы там не было. И мы решили сказать тебе, что такого не могло быть. Что ты пошла купаться, а Эльза так и не появилась. Что тебе просто приснился кошмарный сон.
— А может быть, так и было? Почему вы доверяете Дидрику?
— Пока она числилась пропавшей, я сама уже начала думать, что это всего лишь кошмарный сон, поскольку ее не могли найти. Но когда ее нашли мертвой и стало ясно, что она утонула…
Мать Эллен икнула и вытерла слезу.
— Эллен, у тебя на руках были царапины, у Эльзы тоже. Вы дрались. Ты сама рассказала нам, что произошло, хотя и бессвязно. А Дидрик все видел своими глазами.
— А если он врет? — пробормотала Эллен, хватаясь за последнюю соломинку.
— У тебя часто случались провалы в памяти, когда ты сильно сердилась, а в кулаке у тебя был зажат кулон Эльзы. Цепочка была порвана — ты сорвала его с нее или же он порвался, когда вы дрались. Твой собственный был у тебя на шее. Я взяла кулон Эльзы и спрятала. Все эти годы не доставала его — пока сегодня не позвонил Дидрик и не сказал, что ты начала вспоминать.
Эллен села на кровать. Слова матери отдавались в ней физической болью.
— Перестань. Пожалуйста.
Она подумала о Челе и его подозрениях. О том, что у Эльзы были раны, которые она получила, обороняясь, — однако это не удалось доказать.
— Почему вы солгали мне?
— Потому что ты была ребенком и не умела контролировать свои чувства. Ты не умеешь этого и до сих пор. Но когда ты была маленькой, дело обстояло еще хуже. Нам всем было трудно. Сегодня тебе наверняка поставили бы диагноз и назначили бы лекарства, не знаю…
— Прекрати!
— Мы все в этом виноваты, и правда казалась нам всем невыносимой. Потерять обеих дочерей — что нам оставалось? Мы решили защитить тебя от твоей собственной истории. Возможно, мы поступили неправильно. Неужели ты и в самом деле ничего не помнишь? Иногда у меня возникала мысль, что ты все эти годы носила в себе свою тайну — и потому стала такой, какой стала.
— Это бред! Ты что, не понимаешь, что все это бред?
Эллен хотела отгородиться от тех чувств, которые разом нахлынули на нее.
— Смерть, смерть, смерть! — крикнула она, круша все вокруг себя, и выбежала из комнаты.
— Эллен!
