– Одну минутку, Эмми. – Я вынужден был прорвать ее монолог. – Мы слишком предвзято рассуждаем о деятельности комиссии и существовании изолятора для заключенных на территории Центра Ричардсона. Если не связывать Хоукса с исчезновением его жены, если относиться к нему как к благородному и честному профессионалу в области психиатрии, что мы можем инкриминировать Хоуксу или созданной комиссии, которая выполняет функции защиты душевнобольных? Наверняка условия содержания таких людей в психушке отличаются от обычной тюрьмы, где они не могут получать необходимого лечения, лекарств, присмотра. Вполне естественно, что сумасшедшего не следует держать в одной камере с налетчиком или бандитом.
– Могу с этим согласиться. Вот теперь нам стоит вернуться к составу комиссии, который, как это ни странно, не изменился со дня ее основания. Есть исключения, но они лишь настораживают.
Эмми достала из сумочки старый номер «Лос-Анджелес пост» и развернула газету. На третьей полосе под общим заголовком «И правосудие для всех!» было размещено двенадцать фотографий.
– Вот они, апостолы! Число присяжных в суде! Инквизиция двадцатого века! Могу похвастаться тем, что этот номер я достала с большим трудом. Из нашего коллектора он исчез. Скажу больше. В коллекторе не сохранилось по непонятным причинам ни одного бюллетеня комиссии. Всего их вышло пять. Теперь они являются библиографической редкостью. Все эти материалы были изъяты из библиотек, но никто не помнит, под каким соусом это происходило и кто дал такое распоряжение.
– Где же ты взяла эту газету? – спросил Рик, глядя на пожелтевшую бумагу, как кот на сметану.
– Есть у меня один знакомый старичок. Я часто подбирала для него материалы, и он очень хорошо ко мне относится. У него сохранились и бюллетени, но с собой он мне их не дал. Мы можем сделать так: сходим к нему, и Рик перефотографирует все, что нас интересует. Старик – живая энциклопедия штата Калифорния, он всю жизнь собирал материалы по завоеванию Дикого Запада и, в частности, по развитию Калифорнии как цивилизованного отрезка земли на территории Соединенных Штатов. Странный старикашка, но в свои восемьдесят имеет память получше, чем некоторые молодые историки.
– Хорошо, Эмми, о старике мы еще поговорим. Что же тебя смущает в этих людях? – спросил я, разглядывая блеклые фотографии.
– В этой газете только их имена и должности. Подробности об этих людях я черпала из других источников, но у меня не хватило времени для подробного изучения. На данный момент я могу дать лишь поверхностную характеристику. Итак, председатель комиссии – губернатор штата Уильям Хорст. Члены комиссии: помощник верховного судьи штата Макс Радкин. Несмотря на то что верховный суд был переизбран и Радкин ушел в отставку, это не помешало ему остаться членом комиссии и по сегодняшний день.
Руководитель Центра Ричардсона профессор Майк Хоукс. В комментариях не нуждается. Причем читателю газеты не объясняют, о каком Центре идет речь. Догадайся сам!
Специальный агент ФБР Ричард Дэнтон. Тот самый, который руководил группой по уничтожению сбежавших психов. Эту историю я вам поведаю позднее, если вы не в курсе событий семилетней давности.
Заместитель начальника департамента полиции Лос-Анджелеса Ральф Мейсон. Прославился своей жестокостью и беспощадностью к преступному миру. Но могу добавить, что это относится к бродягам, карманникам и шайкам малолетних воришек. Ни одной крупной рыбы на его счету нет.
Главный психиатр частной клиники профессор Вендерс. Вендерс работает в Центре Ричардсона со дня его основания. Однако здесь его нам представляют как врача частной клиники, а Хоукса как руководителя Центра Ричардсона, и получается так, будто эти люди не имеют друг к другу никакого отношения. Вендерс темная лошадка, о нем нет никаких сведений. Мне удалось выяснить, что он был приглашен профессором Ричардсоном из Филадельфии.
Заместитель мэра Сан-Франциско Герт Фоуби. Ныне в отставке. В дни его правления как вице-мэра в городе процветал игорный бизнес и проституция. В результате все шишки свалились на мэра Хилроя, его убрали с политической арены. Однако, когда был избран новый мэр, Фоуби остался в прежней должности. Практика подобных случаев не знает. Через год Фоуби уходит в отставку. Тихо, не хлопая дверью. Однако отставка не помешала ему остаться членом комиссии.
Начальник тюрьмы Сан-Квентин Клод Шейвер. Что из себя представляет каторжная тюрьма, которая в течение двадцати пяти лет находится в руках Шейвера, вам объяснять не надо.
Секретарь сенатской комиссии Гарри Мейер. О нем скажу позже.
И, наконец, два представителя общественности. Вряд ли им подходит этот сладкий соус. Один из них – владелец торгового центра в Лос-Анджелесе Люк О'Робби, второй – начальник торгового порта Сан-Франциско Рэкс Мак-Говер. Эти ребята продолжают процветать и при желании на совместный капитал способны скупить половину Южноамериканского континента.