«Он будет лишь моим», — раздался пронзительный крик в ее голове. Гарпия. Теперь она была кукловодом, дергающим за ниточки, заставляя Гвен воплощать в жизнь все ее дикие фантазии.
Ну и что, что Сабин не идеал и не «мужчина-моей-мечты»?
Ну и что, что он без колебаний предаст, если от этого будет зависеть исход войны?
Нет ничего дурного в том, чтобы получить удовольствие здесь и сейчас. С ним. Если же он решил переспать с ее сестрами…
Гвен осознавала, что эти ужасные мысли навязывал ей демон Сомнений. Она узнала его полный яда шепот, но не могла успокоить захлестнувшую ее ярость. Сабин и Кайя, — черт, нет! Никто не прикоснется к нему, включая и ее любимых сестричек. Может это и не слишком умно, но ей наплевать.
Он не раз говорил, что желает только ее, Гвен. Так что теперь, черт возьми, пусть докажет.
Она прижала Сабина к дереву, чтобы он не мог сбежать. Он принадлежал ей. Ей, ей, ей. Гвен могла делать с ним всё, что пожелает. И сейчас она хотела видеть его обнаженным. Сабин избавился от рубашки еще на тренировочном поле, на нем остались лишь брюки. Гвен расстегнула пуговицы, потом молнию. А через мгновение, джинсы воина превратились в развевающиеся на теплом ветру ленты.
Белья он не носил.
— Мне кажется, кто-то спер мои боксеры, — робко пояснил Сабин, проследив за ее взглядом.
Его возбужденный член вырвался на свободу, большой, длинный, гордо стоящий, тяжелые яички поджались — у Гвен перехватило дыхание от удовольствия. Солнечный свет омывал Сабина, превращая бронзу его кожи в восхитительное золото. Сегодня она особо не жаловалась на его самодурство. В глубине души Гвен сознавала, что ей необходимо усиленно тренироваться, чтобы никогда больше ее не нашпиговали пулями, как индюшку на Рождество. К тому же, часть Гвен действительно хотела победы над людьми, мучившими ее. И еще произвести впечатление на Сабина. А он ценил силу.
— Мой, — сказала она, обхватывая пальцами его член. Гвен не узнавала свой голос. Тот стал выше и дрожал. На ее ладонь упала капелька влаги.
Сабин приподнял бедра, заставляя ее скользнуть рукой до основания его плоти.
— Да, — выдавил он сквозь зубы.
Она сжала его крепче. Зрение Гвен было немного искажено инфракрасным видением, позволяя ей любоваться тепловыми пульсациями его тела.
— Скажи своему демону, чтоб заткнулся, не то я его выпотрошу.
— Он молчит с тех пор, как ты налетела на меня.
Хорошо. Она, должно быть, заодно распугала лесную живность и насекомых, потому и неслышно было ни щебета, ни шорохов, ни стрекотания. Они с Сабином остались совершенно одни на расстоянии около мили от тренировочного поля.
— Сорви мою одежду, сейчас же.
Воин не привык следовать приказам, и не спешил повиновался, поэтому ей пришлось отпустить его, чтобы самой заняться делом, и Сабин проворчал:
— Убери руки.
Как только Гвен подчинилась, воин стал снимать ее одежду, не прерывая контакт между ними. Наконец, она осталась обнаженной, прильнула своей разгоряченной кожей к телу Сабина, и он застонал.
— Красавица, — Сабин провел руками по спине Гвен и застыл. — Крылья?
— Проблема? — теплый воздух ласкал ее затвердевшие соски, промежность была охвачена жаром и болью. Привычной болью, которая не оставляла ее с того самого момента в душе.
— Позволь взглянуть, — он развернул ее. В первое мгновение не было ничего, ни реакции, ни комментариев, Сабин даже не дышал. Потом он поцеловал одно из маленьких, трепещущих крылышек. — Они изумительны.
Ни один мужчина не видел их прежде. Она скрывала их даже от Тайсона, не позволяя им показаться из щелей в спине. Они делали ее не такой, как все, доказывая ее нечеловечность. Но под взглядом Сабина, Гвен почувствовала… гордость. Дрожа, она развернулась, возвращаясь в прежнее положение.
— Приступим?
— Уверена, что хочешь это сделать, Гвендолин? — растягивая слова, хрипло спросил он, словно был под кайфом.
— Тебе не удержать меня.
Ничто ее не остановит, даже его протесты. Она собиралась овладеть им, узнать его вкус, почувствовать внутри себя сегодня, сейчас, в эту минуту. Часть Гвен осознавала, что она не в себе, но другой ее половине было на это наплевать. Сабин однажды хотел пометить ее, чтобы его друзья держались от нее подальше. Теперь ее очередь заклеймить его.
— Уверена, что это ты хочешь меня, а не только твоя Гарпия?
Ему не хотелось, чтобы она потом пожалела.
— Молчи. Ты будешь моим. Что бы ты там ни говорил.
— Отлично.
Мир закружился вокруг нее, а потом шершавая кора вонзилась в спину. Сабин ударил ее по лодыжкам, заставляя раздвинуть ноги, быстро вставил между ними свое бедро, прижимая ее клитор к своей ноге чуть выше колена.
— Но будут последствия. Я надеюсь, что ты сознаешь это.
— Да заткнешься ты, наконец?
Его член был таким большим, что она не могла полностью охватить его пальцами, и он легко выскользнул из ее ладони. Это взбесило Гвен, и она рявкнула:
— Вернись.
— Нет.
— Сейчас же!
— Скоро, — поклялся он, прикусив мочку ее уха.
Этот дьявол решил ее отвлечь? Ладно, это сработало.
