Бывшая база ВВС Ливии неподалеку от Триполи за три года «миротворения» была уже обжита миротворческими силами и частными военными компаниями, которые летали тоже в основном отсюда — у кого были связи, чтобы не платить за билеты на гражданский рейс. Весь аэродром окружили мешками с песком HESCO, взлётно-посадочные полосы, разрушенные бомбовыми ударами, исправили, залатали тем же ремкомплектом советских бетонных плит, который тут оставался. «Аэробус» здесь не сел бы, но любой военно-транспортный самолет садился запросто. Для персонала возвели несколько городков из легковозводимых конструкций. В принципе, тот же Баграм, только боевых самолетов почти нет и гор тоже нет…
Порядка особого не было, пилот коротко перекинулся с диспетчером, сели довольно быстро; перед Баграмом, например, всегда бывали воздушные пробки. Они зарулили к каким-то ангарам, после чего их попросили из самолета — никто не должен был знать о деятельности «воздушного такси». Собрав сумки, американцы потащились к тому, что было здесь «пассажирским терминалом».
Самолет действительно был обстрелян из автомата, а возможно и чего похуже. Николай увидел попадание на самой законцовке крыла и на фюзеляже.
— Грёб бы всё мать… — заявил один из американцев — как меня все за…о. Из страны в страну — и везде одно и то же. Какого черта эта часть шарика постоянно бурлит?
— А хрен его знает…
— И когда все это кончится…
— Надеюсь, не раньше, чем я рассчитаюсь с Шейлой и ее грёбаным адвокатом за развод.
— Лучше пристрели их…
— Заткнулись все! — пристрожил старший и они потопали дальше. По серым, ноздреватым плитам змейками струился песок, пахло керосином…
Николай смотрел по сторонам и запоминал. В отличие от обычного разведчика, которые проходят подготовку в академии ФСБ и потом работают в капстранах, он был младшим офицером с боевым опытом Чечни и доскональным знанием того, как организуется военная и охранная работа в частных военных и государственных армейских структурах НАТО. Короткие и вроде бы равнодушные взгляды по сторонам давали вал информации, которая заботливо откладывалась в нужные ячейки памяти в голове, чтобы потом быть извлечённой, обработанной и представленной в Москву в качестве донесения. На летное поле явно нападали, обстреливали, всё это бывало не раз и не два. Вон платформа «Центуриона» в боевом положении — морской вариант зенитной пушки «Вулкан» с автоматически наведением на трейлерной платформе, предназначена для уничтожения мин и самодельных ракетных снарядов. Куда лучше израильской ракетной системы
Оба-на! А вон там — даже МС-130, причем в варианте
