Соваться в деревню отчаянно не хотелось, оставаться ночевать в лесу не хотелось еще больше, мысль переться куда-то по темноте тоже не вызывала восторга. И было бы лето — черт бы с ним, отошли бы назад и переночевали под любым кустиком, но сейчас-то уже холодно, зима уже ощутимо дохнула морозом, а снова сооружать теплую стоянку не было ни сил, ни желания, ни возможности — соседство с непонятной деревней все-равно бы не дало нормально жить. Как ни скрипел извилинами, не придумал ничего лучше, чем добраться всей гурьбой до ближайшего здания и там заночевать.
Собственно, зданий было даже несколько на выбор — явно давно заброшенное кирпичное трехэтажное строение непонятного назначения, два вытянутых домишки рядом, либо с другой стороны от дороги обычный деревянный дом, который нравился своей обособленностью. Все же лезть в трехэтажную домину ночью и непонятно с кем внутри — это же явный суицид. А я как-то пока не тороплюсь на тот свет, всяко меня там ничего хорошего не ждет…
Тихонько отполз назад, к двоим оставшимся в лесу попутчикам. Те сидели там, где я их и оставил — у поваленной сосны, которая удачно прикрывала и от лишних взглядов, буде такие есть все же вокруг, и от поднявшегося к вечеру ветра. Ксюхе было чуть проще, она была во вполне себе зимнем пуховичке, правда, уже изрядно замызганном, но это и к лучшему — так меньше заметно. А вот Максим был в осенней куртке, от чего его заметно потряхивало. Ну ничего, сейчас согреетесь у меня.
Поднял их на ноги, всучил обоим весь имеющийся груз, кроме личного оружия и рюкзака, и погнал вперед, к примеченному дому. Сам был налегке — непонятно, что ждет по дороге и в самом доме, поэтому мне нужна мобильность. А мелькнувшую мысль предварительно все разведать одному, отбросил после недолгого размышления — не хотел их тут оставлять без пригляда. Мало ли кого вынесет с того же поселка, а надежды на них особо нет. Опять же — Макса не жалко, а вот к Ксюхе привык. Да и как грузчики они вполне ничего. Хехе.
В хорошем темпе перебрались через дорогу, ни на кого не наткнувшись, продвинулись на расстояние метров пятидесяти от дома и тут остановились. Подождал, пока секретарша успокоит дыхание, все время вертя головой на триста шестьдесят градусов в поисках какой вражины. Дождался, присел рядом на корточки.
— Ксю, я сейчас метнусь в домик, проверю и вернусь. Ты за старшую, на охране и обороне нажитого имущества — слегка приобнял ее для ободрения. — Поэтому доставай оружие и будь, пожалуйста, внимательна. И поглядывай в мою сторону, чтобы кто еще не вломился вслед за мной, хорошо?
Девчонка уже полезла к своему ТТ, так и жившему у нее за поясом, но при последних моих словах повернулась ко мне и коротко кивнула. Задержала взгляд и тихонько шепнула:
— Будь там аккуратен, пожалуйста — и, кажется, чуть хлюпнула носом. А может, мне показалось.
Снова положил руки ей на плечи и посмотрел в глаза. В темноте мордашка казалась совсем детской и очень замученной. Эх, дать бы ей отдохнуть нормально, да как? Или самому ночь подежурить, а она пусть спит? Сам утром пару часов сна перехвачу и хватит. Чай, мне такие приключения не впервой, хоть и подотвык…
— Маленький, все нормально будет. Ты тут за собой смотри, главное, за мной вторично. Помнишь же, я как колобок? И от дедушки Феоктиста ушел, и от бабушки с косой уйду. А лис тут не водится. — и легонько щелкнул ее по носу.
Было приятно, конечно, но совсем некстати — я в принципе не мастак на эмоции, а уж тем более на людях. Этот самый людь сейчас стоял чуть в стороне и, кажется, косился в нашу сторону, но уверен я не был — все же ночь на дворе. Вот не нравится он мне, не знаю почему. Словно поняв, что я о нем думаю, подошел и поинтересовался:
— Командир, я возьму тоже оружие? По-любому два ствола лучше будет, чем один. А я и послужить успел, чуток умею обращаться.
И таким голосом сказал, что у меня и капли сомнений не возникло. Осмелел мальчик. Почувствовал, что нужен мне, что ли?
— Неа — легкомысленно ответил я, без удовольствия отведя взгляд от Ксюши. Ну правда, на нее смотреть всяко приятнее, чем на что-либо доступное для взгляда сейчас. Без какого-либо подтекста, чисто визуально. — Но спасибо, что напомнил, ты пока побудешь в наручниках. Ничего личного, но вот не верю я тебе, уж не обессудь.
— Да с хрена ли, начальник — его голос стал еще более ядовитым. — Я ведь тебе выложил все, что знал, за тачку извинился, реально же по незнанке и от безысходности взял. Или сам бы пешком остался. Ты бы на моем месте так же сделал.
После того погрома у засады, он и правда много чего рассказал. И про институт, где, оказывается, они были даже знакомы с Ксюшей, просто побои на лице не дали ей узнать его. Да и не обращала она особо внимания на коллег, тем более он в основном в лаборатории находился, а она в кабинете. А он ее просто не узнал, по его словам. Что, кстати, тоже не казалось правдоподобным — сомневаюсь, что там было много симпатичных молодых девчонок, но не стал докапываться. Не узнал и не узнал, нехай с ним.
