Когда сборы были завершены, уселся на стул и вызвал машину. Поразился цене, которая раза в три была выше любых моих представлений, а потом времени ожидания. Похоже, и эти заметили, что в городе что-то нехорошее происходит… Сначала была мысль дождаться утра, но все же решил ехать сейчас — думаю, вечером забрать машину незамеченным будет чуть проще. Маршрут был построен с учетом поиска моего старого знакомого Бориса, который был нетипичным бомжом. Нетипичным — потому что не вонял, не сквернословил, играл на губной гармошке, увлекался поэзией и, в целом, был очень интересным собеседником. А бомжом — потому что он на самом деле был бездомным, по каким-то причинам уже лет пятнадцать как выпнутым из дома своим сыном.
Познакомились мы еще летом, когда он, явно стесняясь, подошел ко мне и тихо попросил семнадцать рублей на хлеб. У меня в тот день было прекрасное настроение и вместо денег я тогда купил ему небольшой пакет продуктов, чем вызвал слезы и заикающиеся слова благодарности. Потом я с чувством выполненного долга стоял и курил, а Борис, в качестве благодарности решил сыграть мне любую мою любимую песню. И очень душевно исполнил бессмертную «Куклу колдуна» КиШа. После мы еще периодически пересекались, он тогда уже устроился на работу дворником и каждый раз благодарил меня за тот пакет то музыкой, то стихами, а я по возможности помогал ему с какими-то мелочами. К концу лета мы уже достаточно неплохо общались и я даже проникся определенным уважением к этому старому, сильно битому жизнью, но не сломленному человеку. А потом был заказ от Дома Милосердия с ночлежкой и я походатайствовал там за Бориса. Старик, когда я ему сообщил об этом, снова пустил скупую слезу и пообещал за меня молиться. Собственно, это был один из немногих моих знакомых в Новосибирске и единственный, кто был мне чем-то обязан, поэтому я о нем и вспомнил.
Телефоном Борис не пользовался принципиально, поэтому искать его следовало только по знакомым местам, благо, их было не так много — тот самый дом Милосердия, жилой комплекс, где он работал, либо Тимирязевский сквер, все на одном пятачке. А с учетом времени, я был почти уверен, что он не на работе и не на прогулке, поэтому поехал сразу на Ереванскую, где благополучно и нашел его. Пока ехал по городу, не покидало ощущение, что над улицами, домами, торговыми центрами висит что-то такое, нехорошее. Возможно, это мне кажется на фоне произошедших событий, но все же, все же… На улицах даже для позднего времени очень мало машин и практически нет людей, а уж на площади Калинина они были, по-моему, всегда. Зато на удивление много попадалось машин скорой помощи. А вот полиции не было совсем. Когда вылез из машины и шел в здание, сразу с нескольких сторон доносились завывания сирен. Дааа, это точно не к добру…
Когда я рассказал Борису свое предложение, вечный огонек благодарности в глазах старика пропал, но согласился он, не раздумывая. Мне же стало как-то неловко, хотя я был уверен, что ничем он не рискует, в худшем случае его подержат сутки в обезьяннике. И то сильно вряд ли. Собственно, вся идея была нехитрой, как и большинство моих планов — мы едем до Кольцово вместе, там высаживаемся, не доезжая до НИИ, через небольшой лесочек подходим к парковке и, если там никого нет, Борис садится в моего Террано и подбирает меня на обратном пути. Была еще возможность, что меня ждут на дальних подходах к Вектору, благо, дорога там одна мимо проходит, но именно поэтому я не собирался ехать на такси до парковки, а прогуляться где-то с километр пешком.
Доехали до назначенной точки мы очень быстро. Какие-то подозрения начали закрадываться почти сразу, как вылезли из такси. Очень сильно пахло гарью. Интересно… Но лесок был цел, встречающих не было и мы дружно потопали к парковке.
По пути возникла только одна закавыка — Борису, в силу возраста, было тяжеловато двигаться по лесу. Еще и темно было, а подсвечивать дорогу я запрещал. Поэтому шли мы долго, но все же добрались. А вот дальше мне подозрительно повезло. А зданию НИИ не очень — его просто не было, на месте проходной и ближнего корпуса еще слегка дымились остатки конструкции, остальное было пеплом и сажей. И чует моя интуиция, что не от молнии тут все горело. А повезло мне в том, что мой верный Ниссанчик стоял и ждал меня там, где я его и оставил — недалеко от входа, но, к моей великой радости, все же не вплотную, поэтому огонь не перекинулся на машину. Кроме моей, по парковке были раскиданы еще несколько машин, и я насторожился — может, это тех сотрудников, кто навсегда остался в НИИ, а может, меня ждут…
