– Да-да, – рассмеялась Мария, – в тот прекрасный день, когда Аристарх находился в школе, Седрика увезла твоя мамаша в полицейский участок для допроса, касаемо нелегальной дискотеки. Седрик чудом успел отправить мне сообщение о твоем похищении. Вскоре он убил директрису и перерезал твоей мамане горло и сбежал, отправившись на Титан.
Я не верил этому…не верил…Меня окутал изнутри холод, мурашки разбежались по всему телу…
Вспомнив доброе лицо моей мамы и представив в голове, как этот инопланетный урод лишил ее жизни, я почувствовал, как слезы выступили на глазах и начали течь, образовывая дорожки на щеках.
Эти уроды лишили меня будущего, будущего моих друзей и жизни моей мамы…
Я с сильным гневом посмотрел ей в глаза. Мария, чмокнув кинжал, поднесла к моим глазам. Внутри меня забушевали гнев и ярость. Я не смогу отомстить за ее смерть, но, надеюсь, за меня это сделает Андриана…Набрав рот слюны, я харкнул ей прям в левый глаз.
Мария вскрикнула и, бросив кинжал на пол, начала вытирать ладонями свои глаза:
– Ах, ты, мразь-то такая! Я тебе сейчас не только глаза выколю, но и язык твой вырву! – вспыхнула от злости она и подняла кинжал с пола.
– Мария, что ты здесь делаешь!? – раздался за ее спиной гневный голос.
Мария, испугавшись, повернулась, и я смог разглядеть, кто ее отвлек от неминуемых пыток.
В отсек зашел Петр. У Петра лицо было нахмуренным и встревоженным. Его синие, как небо в отражение океана, цветом глаза начали внимательно рассматривать Марию и, увидев у нее кинжал на руках, у Петра сдвинулись брови.
– Ты что тут делаешь!? – спросил он.
– Петр, дорогой ты мой господин, -обрадовалась его появлению Мария, – я просто хотела поболтать с Аристархом. Знаешь, мы нашли общие темы для разговора!
Петр очень сильно нахмурился. Я начал не сводить глаз с Петра. Он мне стал казаться каким-то подозрительным. Где злобная улыбка на лице? Где смех и злорадство? Почему ты выглядишь таким напуганным?
Петр, почесав нижнюю губу, ответил Марии:
– Я хочу на это посмотреть.
– Ох, тебе это понравится, Петруша, – улыбнулась Мария и, подойдя ко мне, продолжала крутить пальцами свой кинжал.
Петр подошел к нам и внимательно начал наблюдать. Мария, наклонившись ко мне, схватила меня за волосы и, приготовив кинжал, прошептала:
– Так-так, на чем мы остановились… Ах, да, Петруша, – обратилась Мария к Петру, – как ты думаешь, Аристарху будут к лицу пустые глазницы?
– Не понял…
– Ах, сейчас все поймешь! – рассмеялась Мария и, подняв наверх верхнее веко моего глаза, поднесла острое лезвие.
У меня от этого защипало в глазу. Я, сжав зубы, приготовился к этим пыткам. Ярость продолжила бушевать внутри меня. Я не хочу ничего говорить, зная, что меня уже ничего не спасет. Возможно, Мария увлечется и убьет меня. Собравшись духом, я настроился на это. Я хочу умереть достойно и, бросив ей вызов, смотрел на нее сквозь свои горящие яростью глаза.
У Петра от этого начала бежать дрожь. Глядя на эту картину, все его тело сжалось. Одним глазом я заметил, что Петр глядел на эту сцену с неравнодушием и, когда Мария дотронулась кинжалом к моей верхней веке, Петр, разозлившись, толкнул Марию и, выхватив у нее из рук кинжал, схватил преступницу за горло и крикнул ей в лицо:
– ПРЕКРАТИ ЭТО ДЕЛАТЬ, ИНАЧЕ Я САМ ТЕБЕ ГЛАЗА ВЫКОЛЮ! НА НЕМ НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ НИ ОДНОЙ ЦАРАПИНЫ!
Я был поражен этим. Петр, сам Петр Аристов, меня спас от пыток Марии. Я отказывался в это поверить и внутри меня пробудилось чувство благодарности.
У Марии позеленело лицо:
– Петр, не надо…
Петр отпустил ее и засунул этот кинжал себе в карман и, тяжело дыша, заявил Марии:
– Не трогай его! Если я увижу на нем перед прилетом на Финикс хоть одну маленькую царапину – я тебя насмерть придушу. ПОНЯЛА!?
– Да… да… – испуганно закивала Мария, – простите, Петр, я думала, вам понравится…
Петр на меня смотрел. Уголки его губ опустились и через нахмуренные брови я заметил, что в глазах Петра было отражено беспокойство. Это меня поразило сильно. Тогда Петр был злым, когда мы первый раз встретились, а сейчас он смотрел на меня с волнением.
– Нет, Мария, мне это не нравится… – тихо произнес Петр, продолжая не отрывать от меня своего взгляда.
– Но просто я думала, что вам будет в кайф увидеть, как я буду его пытать…
– Ты ошиблась. – кратко ответил Петр, – отстань от него.
– ПЕТР! ПЕТР!
В этот отсек забежали Гаррик и Браун. Они наклонились вперед, прижались руками к своим коленям и, одновременно заржав, объявили:
– Звездолет подлетел к спутнику Финикса Албир! Готов к посадке крейсер! Сейчас мы сядем на него и отправимся на планету, где пацан пройдет испытание…
– УРА! – крикнула Мария.
Я заскрипел зубами. Чувствуя сильную дрожь в теле, я тихо сказал Петру:
– Надеюсь, это испытание быстро пройдет. Не хочу долго мучиться.
Петр снова глянул на меня с сильным волнением и сейчас я заметил, какой он был напуганный. Не могу понять, что с ним происходит. Вроде Петр должен прыгать до потолка от радости, что скоро уничтожит мирный договор и начнет войну, но он только тихо сказал:
– Хорошо. Тащите Антона на крейсер.