— А из Граксала?
— Глаза, перья с хвоста, отростки крыла, когти. И ещё сферы из обоих, — уточнил я.
— Согласна, — кивнула Лина, скользнув взглядом по громадному туше. — Давай быстрее.
Мы разделились и быстро справились с основными трофеями, наконец, добравшись до самой сложной части: извлечения «сфер». У Шламника она находилась примерно в области груди. У Граксала — там же, только выше, ближе к шее.
Я знал, как извлекать их, стараясь не повредить оболочку. Лина, кажется, делала это впервые, но я показывал ей, куда резать. В итоге мы вынули две полупрозрачные сферы, у одной был дымчатый оттенок, а у другой — золотистый налёт.
Я понимал, что их ценность особенно высока, ведь в некоторых городах за такие сферы дают целое состояние: их используют для создания высокоуровневых амулетов или редких магических устройств.
Окончив работу, мы отошли от окровавленных туш и сели на валун, тяжело дыша. Оба были перепачканы кровью и внутренностями монстров, так что вид у нас ещё тот. Но оба были удовлетворены: мы справились и теперь можем получить неплохую награду.
— Фу, как же это мерзко, — простонала Лина, разглядывая свои запачканные руки. — Но зато… смотри, — она подняла сферы, которые спрятала в тряпичный мешочек. — Это и всё остальное тысяч на триста-четыреста потянет, минимум. И это не считая того, что барон должен заплатить.
— Да, если барон не обманет, то будем в хорошем плюсе, — я быстро оглянулся. — Давай свалим отсюда поскорее.
Она поднялась, поправляя свою сумку. Я тоже поднялся, готовый к выходу. Внутри нарастало приятное чувство завершённости: сейчас мы сдадим работу барону, получим оплату, и я, наконец, смогу расплатиться с Линой. А дальше — посмотрим, что судьба подкинет.
— Идём, — сказал я.
Мы двинулись по крутому склону. Над скалами разливалось предрассветное небо, постепенно светлеющее. Где-то вдалеке ухнул филин, а потом всё стихло. Было впечатление, будто сама природа затаила дыхание.
Добравшись до мотоцикла, я запустил мотор и, тихонько шурша по гравию, выехали на дорогу. Лина не жаловалась — видимо, утомилась настолько, что ей было не до критики моего «драндулета».
Качаясь на ухабах, мы всё-таки добрались до Бологого. За всю дорогу не проронили ни звука. Наконец, мы остановились у ворот имения Корвина. Охранники, увидев нас в таком заляпанном состоянии, сначала скривились, но затем уступили дорогу.
— Барон ждёт вас, — выдавил один из них, будто сам не верил, что мы вернулись живыми.
— Отлично, — бросил я.
Мы пошли через двор. Лина держала сумку так, будто боялась, что у неё вырвут её богатство прямо из рук. Я тоже почувствовал лёгкое беспокойство: что-то в тоне охранника было странное. Слишком быстро нас пропустили, без обычных расспросов.
Когда мы вошли в центральный зал, барон, казалось, был уже наготове. Он стоял перед камином, опираясь на трость, и смотрел на нас как ястреб, высматривающий жертву. Его глаза блеснули, когда он увидел наши окровавленные одежды и сумки с трофеями.
— Вернулись, значит, — сказал он холодно. — И даже принесли доказательства.
Я кивнул, бросив сумку на стол, откуда выкатился глаз Граксала, ещё покрытый кровавыми потёками.
— Дело сделано, барон, — произнёс я. — Шламник и Граксал мертвы.
Он посмотрел на трофеи: видно было, что внутри у него всё переворачивается при виде этих омерзительных кусков плоти. Но он деланно сохранял невозмутимость.
Мой чуткий слух уловил, как шелест и топот ног. Ещё секунда и я увидел, как в зал скользят несколько вооружённых охранников, тихо окружая нас полукругом.
— Что это значит, Корвин? — спросил я, напряжённо оглядываясь.
— А то и значит, — ответил он, подняв подбородок. — Вы сделали своё дело. И сделали хорошо. Но зачем мне теперь платить вам, если можно просто…
Он замолчал, будто смакуя эффект от своих слов. Один из стражников, стоявших у него за плечом, уже прицеливался в нас из короткоствольного оружия. Лина нахмурилась, на её губах блеснула искра зарождающегося заклятия.
— Дёрнитесь, и я взорву вас в клочья, — предупредил барон, доставая из кармана боевой артефакт. — Знаете, мне пришлось потратить на всё это мероприятие слишком много денег и нервов.
— Так и думал, что ты не сдержишь слово, — сурово сказал я.
— Разумеется, — его глаза сузились. — Уж слишком дорого стоили ваши услуги. Да и трофеи, как я вижу, многое стоят. Пожалуй, я оставлю их себе.
Я молчал, медленно поднимая руки, а в голове уже выстраивался план, как вывернуться из этой ловушки. Мы вымотаны схваткой, но силы ещё были. Лина чуть отступила назад, двигаясь боком.
— Не забывай, кого ты решил кинуть, барон, — наконец проговорил я.
Он лишь усмехнулся.
— Жаль, что вы настолько самоуверенны, — с нескрываемой издёвкой проговорил Корвин.
Я внутренне собрался, чувствуя, как мышцы напрягаются. Лина прикусила губу, пальцы её уже вспыхнули лёгким пламенем. Стражники держали нас на мушке. Ситуация была отчаянной.
— Лина! — крикнул я.
