Вереск внимательно слушал, рассматривая странный цветок. У него перехватило дыхание от мысли, что Каллаба настолько старый цветок, что был при Древних. Это настоящая реликвия. Настолько редкая и полезная, что Вереск не удивился тому, что никогда прежде его не видел. Он не удивится, если узнает, что единственный цветок Каллума на этой стороне континента находился у учителя Инулы.
− Учитель Инула! – подняла руку ученица последнего года обучения. Дождавшись разрешения, она продолжила: − Вы были в Плачущем лесу?
Учитель Инула хмыкнул, будто вспомнил что-то хорошее. Вновь погладил банку подушечками пальцев.
− Да, я однажды пересек границу и дошел до озера. Однако, как только дошел до озера и нашел цветок Каллаба сразу пошел обратно. За границей воздух чище и потоки чувствуются лучше, они сами ластятся, как любящие псы. Деревья высокие, а кусты пушистые с наливными ягодами. Там много магических растений, которые у нас считаются редкостью. За границей все пропитано магией.
− Тогда почему вы ушли?
− То место очень опасно, и я советую вам не пересекать границу. Я взял с собой все растения и корни, которые смог и сразу ушел. Убежал оттуда и никогда не вернусь, − ответил учитель Инула. Нахмурился и вздохнул тяжело, отходя от банки. – Я говорю это лишь один раз: забудьте про границу и Плачущий лес. Пойдете туда и потеряете себя. Мы маги, которые привыкли к этой части континента, где потоков не много и магия разрозненная. Там концентрация выше, и она сводит с ума, от этого возникает сильное привыкание.
❦❦❦
Вереск открыл дверь в комнату, держа второй рукой невысокую стопку старых книг. Пошатнулся, вошел в комнату и аккуратно закрыл дверь, беря книги двумя руками. Осторожно дошел до кровати и положил на нее книги, выдыхая. Нести их было сложно, да и запах от книг шел такой, что становилось дурно.
− Привет. Как ты? – спросил он, садясь на кровать. Посмотрел на Алькора, который сидел на своей кровати и внимательно читал книгу. Он не посмотрел на Вереска, как делал это обычно.
− Нормально. Ничего нового не рассказали, лишь попросили с помощью потоков сдвинуть вазу.
Алькор говорил равнодушно и не отвлекался от чтения.
Вереск подавил вздох. Похоже у Алькора ужасное настроение и он решил выместить его на Вереске. Он устал и не хотел ссориться, как и просить прощения непонятно за что. Можно было бы проигнорировать, но это была не лучшая идея. Алькор ненавидел, когда им пренебрегали. Да и ссора могла перерасти в большой конфликт, в конце которого они сильно поругаются.
Посмотрев на ветхие книги, Вереск погладил кожаные корешки. Книги и правда рассыпались на глазах, поэтому ему нужно купить хлопковые перчатки.
− Учитель Инула рассказывал сегодня про цветок Каллаба. Сказал, что нашел цветок рядом с Плачущим лесом, − сказал Вереск и улыбнулся, вспоминая рассказ учителя. Рассказал сегодня учитель много, из-за чего он сильно опоздал на ужин и ел быстро, почти заталкивая в себя еду.
Вереск пытался вывести Алькора на разговор, но слышал в ответ ли короткие, спокойные фразы. Это уже раздражало. Он снял камзол и закатал рукава рубашки, хмуро смотря на друга. Вереск не считал, что заслуживал к себе такого отношения.
− Что случилось? – не выдержал Вереск и нахмурился. А потом более эмоционально спросил. – Кто тебя покусал, что ты злишься?
Книга с глухим ударом встретилась со стеной и упала обратно на кровать. Алькор встал с кровати быстро и схватил Вереска за руку. Боль. От боли он зашипел сквозь зубы и попытался вырвать руку, но друг держал крепко. На глаза выступили слезы, стало жарко и в комнате запахло мясом.
− Ты еще спрашиваешь?! – прошипел разъяренный Алькор. Стало больнее. – Ты забываешь свое место, дорогой. Оно рядом со мной! Только я имею права прикасаться к тебе, говорить с тобой и владеть тобой. Ты всецело принадлежишь
Вереск помнил. С первого дня знакомства помнил, что принадлежал Алькору. Будь его воля и на теле Вереска давно появилось клеймо. Алькор очень эгоистичен с жесткими замашками тирана и собственника. Вереск привык. Помнил и не понимал, почему друг усомнился в его верности. Вчера все было хорошо.
Боль усиливалась, как и запах жареного мяса. На пол капала кровь, плоть шипела под рукой Алькора, и кожа рядом покраснела, покрылась водянистыми волдырями.
− Алькор, − простонал Вереск, смаргивая слезы. – Ты же знаешь, что я только твой.
− Тогда почему ты разрешаешь кому-то себя обнимать?!
От его крика Вереск вздрогнул и сжал плотно зубы. Боль была уже ощутимой. Вереск припомнил слова Алькора и нахмурился.
− Она моя подруга и я не мог просто ей отказать. Она и так стала говорит, что я изменился. Это могло быть опасным! – Вереск вскрикнул, когда Алькор сжал обожжённый участок руки. – Прошу, мне больно. Я больше не позволю ей обнимать меня. Поверь! Я ведь твой, только твой друг.
